https://lv.sputniknews.ru/20260306/steny-govoryat-po-latyshski-ucheniki--net-v-soprotivlenii-russkikh-vinyat-dazhe-mikrorayony-32332805.html
Стены "говорят" по-латышски, ученики – нет: в сопротивлении русских винят даже микрорайоны
Стены "говорят" по-латышски, ученики – нет: в сопротивлении русских винят даже микрорайоны
Sputnik Латвия
Госслужба качества образования в отчете о переходе школ на обучение исключительно на латышском языке пришла к выводу, что школы по-разному понимают, что значит... 06.03.2026, Sputnik Латвия
2026-03-06T17:44+0200
2026-03-06T17:44+0200
2026-03-06T17:44+0200
новости латвии
образование
латышский язык
https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/891/79/8917949_0:287:3131:2048_1920x0_80_0_0_fcf9c33b806fd83598b14bd5f7a6a80c.jpg
РИГА, 6 мар — Sputnik. Агентство латышского языка сейчас разрабатывает методические рекомендации по созданию требуемой среды. Служба отметила, что переход на обучение на латышском языке не означает, что только учитель должен говорить по-латышски и отвечать на вопросы учеников на латышском языке. Стены "говорят" по-латышски В любой муниципальной школе все надписи – на латышском. В бывших русских школах их даже больше – там есть так называемые латышскоязычные стены: в коридорах и классах много плакатов на латышском языке на разные темы. А на перемене, когда коридоры заполняют ученики, сразу становится ясно, – это латышская или бывшая русская школа. Дети, для которых русский язык является родным, во время перемен говорят по-русски. Между тем Государственная служба качества образования указала, что латышская среда, требуемая от школ, включает в себя не только язык обучения на уроках, но и все виды общения, что также относится и к переменам. Ученики 9-го класса Рижской Даугавгривской основной школы Дарья Лонкина, Виктория Жандарова и Радзивилс Морочевскис в интервью признали, что не хотят в школе постоянно говорить по-латышски. По их мнению, по крайней мере, во время перемен следует разрешить им между собой говорить на родном языке. Учитель Даугавгривской основной школы Ольга Григорьева считает, что не следует контролировать язык общения учеников во время перемен, хотя преподаватели на курсах подготовки учителей часто утверждают, что дети должны стараться не говорить по-русски во время перемен. Она пытается повлиять на выбор языка детьми, например, договаривается с учениками, что во время какой-то перемены они будут говорить только по-латышски. Директора школ также считают, что было бы неправильно принуждать учеников говорить по-латышски во время перемен – это вызовет только сопротивление и протесты, особенно среди подростков. Русский - и на уроках Однако в реальности латышский язык иногда отсутствует не только во время перемен. Роландс Озолс, заместитель госсекретаря Минобразования, отметил, что и на занятиях в бывших так русских школах ученики друг с другом общаются на русском, например, во время групповой работы. "И, конечно, в этот момент возникает вопрос: почему не говорят, что нужно [говорить по-латышски]? В принципе, проходит урок, и в этот момент, конечно, тот, кто наблюдает за этими уроками, должен обратить на это внимание и попросить [говорить по-латышски], потому что это место и способ научиться использовать этот язык", — сказал Озолс. В подобных ситуациях учитель также должен просить учеников говорить по-латышски. Недавно Сейм включил в закон об образовании положение, обязывающее директоров школ обеспечить использование госязыка учителями в общении друг с другом и с учениками. В недавнем опросе 47% учеников признали, что во время перемен они в основном говорят на латышском с учителями и сотрудниками школы. Только 8% преимущественно говорят на русском, а 43% – на латышском и русском. В свою очередь, во время групповой работы латышский преимущественно используют только 16% учеников. Более 40% признали, что в основном общаются на русском, и столько же – на латышском и русском. Учителям лучше забыть русский Директор Рижской средней школы № 34 Наталья Рогалева признала, что при общении с учителями вне уроков ученики склонны переключаться на русский язык, если они ранее привыкли общаться с конкретным учителем на этом языке. Поэтому для латышизации учебной среды очень важно, чтобы на работу в бывшие русские школы приходили люди, для которых родным является латышский язык. "А сейчас молодые учителя иногда не понимают русский язык, не могут на нем говорить, и это лучший вариант для детей, чтобы его выучить. Если им нравится учитель, они хотят с ним общаться, они с удовольствием говорят на латышском, если учитель не умеет говорить по-русски", — рассказала Рогалева. Однако даже тем учителям, которые раньше говорили по-русски, теперь следует стараться говорить на латышском — даже в неформальном общении. Рогалева подчеркнула: "И это самая сложная задача, потому что и для учителей, и для детей, если их родной язык русский, и они могут все быстро обсудить между собой по-русски, первое желание будет говорить на этом языке, и тогда учитель должен сам себя остановить и напомнить себе: я учитель, я остаюсь учителем и в коридоре, и в столовой и в раздевалке. Я должен учить этого ребенка на латышском". Также Рогалева пояснила, что и учителям нужно время, чтобы научиться говорить только на латышском. Репрессиями этого добиться не получится, необходимы перемены в мышлении, понимание, почему нужно говорить на латышском языке. Анита Петеркопа, руководитель отдела общеобразовательных школ Рижской думы, высказала аналогичную точку зрения: "Нам нужно очень серьезно работать над изменением мышления учителей. Многие педагоги из числа меньшинств считают: я же должен ему помогать, я должен ему перевести хотя бы на консультации или где-то еще. А мы говорим: вы оказываете ребенку огромную медвежью услугу, потому что если он не пытается запоминать и учиться, он не пытается только потому, что знает – есть альтернатива, учитель поможет ему на родном языке". Денис Клюкин, директор Ринужской средней школы, отметил, что учителя изредка переключаются на родной язык учеников, например, если ребенку нужна эмоциональная поддержка. В свою очередь, говоря о коммуникации между учителями, Клюкин поведал: "Если два учителя находятся в каком-то помещении, где их никто не видит и не слышит, они — ну, мне так кажется — говорят на родном языке". Учительница Григорьева из Даугавгривской основной школы рассказала, что со всеми коллегами она говорит по-латышски, потому что обсуждаемые темы обычно связаны с латышским языком. Например, если речь об учебных материалах на латышском. "Мы говорим по-латышски с коллегами, родителями, детьми, но иногда родители со мной говорят по-русски", — сказала Григорьева. Елена Ведищева, директор Рижской средней школы № 40, сообщила, что до сих пор не совсем ясно, как полноценную помощь ученикам может оказать вспомогательный персонал, если они не говорят на родном языке ребенка. "Логопеды и педагоги-дефектологи обращаются за помощью к более компетентным специалистам по вопросу оказания поддержки в обучении ребенка, чей родной язык не латышский, потому что это весьма непонятный вопрос, ведь всегда существовала установка, что поддержка должна оказываться на родном языке ребенка", — напомнила Ведищева. Теперь закон не предусматривает возможности говорить на каком-либо другом языке, кроме латышского, но не хватает методики, как этим специалистам работать, если словарный запас латышского у ребенка невелик. "Неправильные" микрорайоны Школы признали: чем больше ученики говорят по-латышски вне школы, тем больше у них будет латышских друзей и тем легче им будет выучить латышский язык. Инга Папарде, заместитель директора Даугавгривской средней школы, отметила, что в некоторых микрорайонах Риги, включая тот, где расположена данная школа, окружающая среда преимущественно русская, что создает дополнительные трудности. МОН также признало, что латышская среда в целом важна и обеспечение существования этой латышской среды вне школ является обязанностью общества. Очень важна роль семьи и родителей. "Семья — это основа основ. Если родители верят, что в конце концов с ребенком все будет хорошо, если они готовы поддержать ребенка и стараются организовать для него латышскую среду, водя его на мультфильмы, музыкальные и театральные представления, концерты, покупая ему книги и журналы, тогда этот ребенок обязательно будет готов, он заговорит", — уверена Рогалева.
https://lv.sputniknews.ru/20260126/direktor-byvshaya-russkaya-shkola---eto-teper-samoe-latyshskoe-mesto-dlya-detey-32046764.html
https://lv.sputniknews.ru/20260227/skoreyshey-assimilyatsii-russkikh-detey-meshaet-nekhvatka-spetsialistov-v-shkolakh-32270963.html
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
2026
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Новости
ru_LV
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
новости латвии, образование, латышский язык
новости латвии, образование, латышский язык
РИГА, 6 мар — Sputnik. Агентство латышского языка сейчас разрабатывает методические рекомендации по созданию требуемой среды. Служба отметила, что переход на обучение на латышском языке не означает, что только учитель должен говорить по-латышски и отвечать на вопросы учеников на латышском языке.
Стены "говорят" по-латышски
В любой муниципальной школе все надписи – на латышском. В бывших русских школах их даже больше – там есть так называемые латышскоязычные стены: в коридорах и классах много плакатов на латышском языке на разные темы. А на перемене, когда коридоры заполняют ученики, сразу становится ясно, – это латышская или бывшая русская школа. Дети, для которых русский язык является родным, во время перемен говорят по-русски.
Между тем Государственная служба качества образования указала, что латышская среда, требуемая от школ, включает в себя не только язык обучения на уроках, но и все виды общения, что также относится и к переменам.
Ученики 9-го класса Рижской Даугавгривской основной школы Дарья Лонкина, Виктория Жандарова и Радзивилс Морочевскис в интервью признали, что не хотят в школе постоянно говорить по-латышски. По их мнению, по крайней мере, во время перемен следует разрешить им между собой говорить на родном языке.
Учитель Даугавгривской основной школы Ольга Григорьева считает, что не следует контролировать язык общения учеников во время перемен, хотя преподаватели на курсах подготовки учителей часто утверждают, что дети должны стараться не говорить по-русски во время перемен. Она пытается повлиять на выбор языка детьми, например, договаривается с учениками, что во время какой-то перемены они будут говорить только по-латышски.
Директора школ также считают, что было бы неправильно принуждать учеников говорить по-латышски во время перемен – это вызовет только сопротивление и протесты, особенно среди подростков.
Однако в реальности латышский язык иногда отсутствует не только во время перемен. Роландс Озолс, заместитель госсекретаря Минобразования, отметил, что и на занятиях в бывших так русских школах ученики друг с другом общаются на русском, например, во время групповой работы.
"И, конечно, в этот момент возникает вопрос: почему не говорят, что нужно [говорить по-латышски]? В принципе, проходит урок, и в этот момент, конечно, тот, кто наблюдает за этими уроками, должен обратить на это внимание и попросить [говорить по-латышски], потому что это место и способ научиться использовать этот язык", — сказал Озолс.
В подобных ситуациях учитель также должен просить учеников говорить по-латышски.
Недавно Сейм включил в закон об образовании положение, обязывающее директоров школ обеспечить использование госязыка учителями в общении друг с другом и с учениками.
В недавнем опросе 47% учеников признали, что во время перемен они в основном говорят на латышском с учителями и сотрудниками школы. Только 8% преимущественно говорят на русском, а 43% – на латышском и русском.
В свою очередь, во время групповой работы латышский преимущественно используют только 16% учеников. Более 40% признали, что в основном общаются на русском, и столько же – на латышском и русском.
Учителям лучше забыть русский
Директор Рижской средней школы № 34 Наталья Рогалева признала, что при общении с учителями вне уроков ученики склонны переключаться на русский язык, если они ранее привыкли общаться с конкретным учителем на этом языке.
Поэтому для латышизации учебной среды очень важно, чтобы на работу в бывшие русские школы приходили люди, для которых родным является латышский язык.
"А сейчас молодые учителя иногда не понимают русский язык, не могут на нем говорить, и это лучший вариант для детей, чтобы его выучить. Если им нравится учитель, они хотят с ним общаться, они с удовольствием говорят на латышском, если учитель не умеет говорить по-русски", — рассказала Рогалева.
Однако даже тем учителям, которые раньше говорили по-русски, теперь следует стараться говорить на латышском — даже в неформальном общении.
Рогалева подчеркнула: "И это самая сложная задача, потому что и для учителей, и для детей, если их родной язык русский, и они могут все быстро обсудить между собой по-русски, первое желание будет говорить на этом языке, и тогда учитель должен сам себя остановить и напомнить себе: я учитель, я остаюсь учителем и в коридоре, и в столовой и в раздевалке. Я должен учить этого ребенка на латышском".
Также Рогалева пояснила, что и учителям нужно время, чтобы научиться говорить только на латышском. Репрессиями этого добиться не получится, необходимы перемены в мышлении, понимание, почему нужно говорить на латышском языке.
Анита Петеркопа, руководитель отдела общеобразовательных школ Рижской думы, высказала аналогичную точку зрения: "Нам нужно очень серьезно работать над изменением мышления учителей. Многие педагоги из числа меньшинств считают: я же должен ему помогать, я должен ему перевести хотя бы на консультации или где-то еще. А мы говорим: вы оказываете ребенку огромную медвежью услугу, потому что если он не пытается запоминать и учиться, он не пытается только потому, что знает – есть альтернатива, учитель поможет ему на родном языке".
Денис Клюкин, директор Ринужской средней школы, отметил, что учителя изредка переключаются на родной язык учеников, например, если ребенку нужна эмоциональная поддержка.
В свою очередь, говоря о коммуникации между учителями, Клюкин поведал: "Если два учителя находятся в каком-то помещении, где их никто не видит и не слышит, они — ну, мне так кажется — говорят на родном языке".
Учительница Григорьева из Даугавгривской основной школы рассказала, что со всеми коллегами она говорит по-латышски, потому что обсуждаемые темы обычно связаны с латышским языком. Например, если речь об учебных материалах на латышском. "Мы говорим по-латышски с коллегами, родителями, детьми, но иногда родители со мной говорят по-русски", — сказала Григорьева.
Елена Ведищева, директор Рижской средней школы № 40, сообщила, что до сих пор не совсем ясно, как полноценную помощь ученикам может оказать вспомогательный персонал, если они не говорят на родном языке ребенка.
"Логопеды и педагоги-дефектологи обращаются за помощью к более компетентным специалистам по вопросу оказания поддержки в обучении ребенка, чей родной язык не латышский, потому что это весьма непонятный вопрос, ведь всегда существовала установка, что поддержка должна оказываться на родном языке ребенка", — напомнила Ведищева.
Теперь закон не предусматривает возможности говорить на каком-либо другом языке, кроме латышского, но не хватает методики, как этим специалистам работать, если словарный запас латышского у ребенка невелик.
"Неправильные" микрорайоны
Школы признали: чем больше ученики говорят по-латышски вне школы, тем больше у них будет латышских друзей и тем легче им будет выучить латышский язык.
Инга Папарде, заместитель директора Даугавгривской средней школы, отметила, что в некоторых микрорайонах Риги, включая тот, где расположена данная школа, окружающая среда преимущественно русская, что создает дополнительные трудности.
МОН также признало, что латышская среда в целом важна и обеспечение существования этой латышской среды вне школ является обязанностью общества.
Очень важна роль семьи и родителей.
"Семья — это основа основ. Если родители верят, что в конце концов с ребенком все будет хорошо, если они готовы поддержать ребенка и стараются организовать для него латышскую среду, водя его на мультфильмы, музыкальные и театральные представления, концерты, покупая ему книги и журналы, тогда этот ребенок обязательно будет готов, он заговорит", — уверена Рогалева.
