https://lv.sputniknews.ru/20261022/brazhe-zatyanula-s-soboy-v-seym-v-rige-tolko-dvoikh-chto-edinstvo-sdelalo-ne-tak-34521340.html
Браже "затянула" с собой в Сейм в Риге только двоих: что "Единство" сделало не так?
Браже "затянула" с собой в Сейм в Риге только двоих: что "Единство" сделало не так?
Sputnik Латвия
Давис Мартиньш Даугавиетис удивлен тем, что после провала на выборах правление "Нового Единства" не ушло немедленно в отставку 22.10.2026, Sputnik Латвия
2026-10-22T14:22+0300
2026-10-22T14:22+0300
2026-10-22T15:34+0300
новости политики латвии
парламентские выборы
байба браже
эвика силиня
"новое единство"
https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/07e6/0c/0c/23591573_0:0:3072:1728_1920x0_80_0_0_68555b9f0b797c9435fbd1b789affcbd.jpg
РИГА, 22 окт — Sputnik. О закулисье избирательной кампании, которое, вероятно, частично виновато в плохом результате выборов партии "Новое Единство" в интервью латвийской журналистке Агнесе Маргевиче рассказал Давис Мартиньш Даугавиетис, депутат 14-го Сейма. - После провала на парламентских выборах, когда "Новое Единство" получило всего семь мест в парламенте вместо прежних 26, вы 12 октября объявили об уходе с поста члена правления партии. Я полагала, что уже на следующий день на всех телеканалах будут интервью с вами, но, к моему удивлению, этого не случилось. Вероятно, потому что все внимание сосредоточено в основном на победителях выборов — "Объединенном списке" (ОС). Однако, мне кажется, что, учитывая место, которое "Единство" до этого занимало в латвийской политике, и ответственность за все процессы, а также тот факт, что эти внутрипартийные процессы могут существенно повлиять на переговоры о формировании нового правительства, эту тему следует обсудить более подробно. Мое внимание привлекло то, что вы, как оказалось, призвали уйти все правление партии, и сделать это на следующий же день после выборов, но никто не откликнулся. Мы знаем, что в отставку подал только председатель совета партии Хосам Абу Мери, не попавший в Сейм. Могли бы вы подробнее объяснить свою позицию: в чем заключаются ошибки, кто должен нести за них ответственность, и, возможно, как проходило внутрипартийное обсуждение на следующий день после выборов, когда ваше мнение осталось неуслышанным? - Мы заранее договорились: какими бы ни были результаты выборов, правление соберется и обсудит их, и в то воскресенье днем мы действительно встретились в офисе партии. Ясно, что результаты таковы, какие они есть, но благодаря избирателям мы преодолели 5-процентный барьер, и это позволило нам продолжить работу в Сейме! Наверное, никого это не обманет – падение числа депутатов с 26 до семи свидетельствует о каких-то ошибках в этом политическом цикле. Такое мнение высказывал не только я – несколько коллег говорили, что, возможно, правлению, следует уйти в отставку, но многие считали, что это был бы поспешный шаг и отставка — это нехарактерный для "Единства" сигнал, и он вряд ли пошел бы на пользу. В тот день (воскресенье, 4 октября – ред.) мы не пришли к консенсусу, все просто высказали свое мнение и разошлись, но на следующий день, в понедельник, мы договорились, что ежегодный съезд состоится 28 ноября и в повестку дня также будут включены выборы в правление и на пост председателя. В то же время у меня возник вопрос: как же так – будут выборы в правление, а мы фактически не ушли в отставку? Кто возьмет на себя ответственность и какой сигнал будет дан внешнему миру – как членам партии, так и ее сторонникам, – что, на наш взгляд, в этом процессе пошло не так? Поэтому я заявил, что, по моему мнению, правление все же должно уйти в отставку. Следующая неделя прошла без каких-либо заявлений о том, что произошло не так, как мы, возможно, планировали, и правление осознает свою ответственность, поэтому я подождал и выступил со своим заявлением. Я считаю, что это было необходимо. Если мы как "Единство" хотим оставаться серьезной силой в латвийской политике, то мы должны как уметь признавать свои ошибки, так и говорить об этом избирателям, потому что, на мой взгляд, в современной политике люди ценят открытость. И только после моего заявления (16 октября – ред.) появилось странное заявление о том, что правление якобы продолжит свою работу, но в то же время на съезде будет избрано новое правление, что правление якобы возьмет на себя ответственность, но при этом в Реестре предприятий до съезда останутся те же члены правления. Но я, со своей стороны, все сделал правильно: я подал документы в Реестр предприятий, и мое место уже занял другой член правления – Атис Лабуцис, который на предыдущем съезде на выборах в правление занял первое место за чертой. - Коллеги по партии были недовольны вашим решением, вы получали и гневные комментарии? - Трудно говорить от имени других коллег, но, конечно, можно было почувствовать, что какая-то часть коллег была недовольна таким заявлением. Я слышал такие отзывы. Те, кто писал лично, поздравляли меня с таким решением и считали его правильным. - Всплыли ли в послевыборном разговоре тактические соображения, аргументы, почему правление должно уйти в отставку? Потому что существует несколько возможных вариантов интерпретации такого выбора. Один из них может быть тактическим соображением, чтобы "Единство" выглядело как можно сильнее и сплоченнее, вступая в переговоры о формировании правительства с победителями выборов? - Сложно сказать. Я думаю, что аргумент о том, что в таком случае партия останется без дееспособного руководства, который прозвучал в качестве одного из доводов в пользу того, почему правление не может уйти в отставку сейчас, не выдерживает критики, потому что на предыдущем съезде у нас было, кажется, 13 или 14 кандидатов, которые не были избраны в правление. Следовательно, если нынешнее правление уйдет в отставку, эти люди, которые в правление не попали, займут их место и смогут продолжить свою работу в течение месяца до съезда. Если бы вы спросили мое мнение о том, почему остальные члены правления не хотят уходить в отставку, я бы ответил, что, скорее, некоторые люди не желают брать на себя личную ответственность за плохие результаты выборов, а объяснить это "особенностями политической эпохи", тем фактом, что "политика, как и экономика, циклична", с чем, конечно, можно частично согласиться. Но я бы сказал, что у нас как у партии еще было достаточно возможностей принять лучшие решения, чтобы не оказаться утром в день выборов всего с семью мандатами. - А кто эти люди, которые не хотят брать на себя личную ответственность, а винят в неудачах циклический характер политики? - Думаю, они сами могут это сказать. Было бы некорректно называть коллег по именам. Вы можете ознакомиться с различными политическими лозунгами моих коллег, придерживающихся той или иной точки зрения. - Вы считаете, что, если правление уйдет в отставку, его легко можно будет заменить новыми членами правления, которые на прошлом съезде остались "за чертой". Но мы очень хорошо помним, что на предыдущем съезде "Единства" развернулась ожесточенная борьба за власть, и нынешний состав правления является результатом этого. Другими словами, в предложенном вами варианте на его место придет совершенно другой состав правления, который не был одобрен большинством участников предыдущего съезда. И в этом случае очень важные решения – как о переговорном мандате о новом правительстве, так и о составе переговорщиков, об участии "Единства" в работе второго правительства Кулбергса, а также о министерствах и кандидатах в министры – в период до съезда – будут приниматься совершенно другими людьми. Разве все эти разногласия по поводу отставки правления "Единства" не связаны с параллельным процессом формирования нового правительства? - С одной стороны, в этом есть логика, но если существует такое недоверие к людям, не избранным в правление, то у меня возникает вопрос: как на самом деле функционирует партия? Потому что, на мой взгляд, люди, кто не был избран в правление на предыдущих выборах, также являются патриотами партии и будут действовать, чтобы наилучшим образом служить интересам партии. Или другой вариант – если такие опасения действительно существуют, то справедливо будет сказать, что мы не уходим в отставку, а затем обсудить это на съезде, потому что иначе получится ни то, ни се. Я считаю неприемлемыми такие попытки юлить и неспособность выразить реальное мнение. - Почему вас не устраивает решение, предложенное Эвикой Силиней 16 октября, – признание, что избиратели показали "Единству" желтую карточку, и поэтому правление берет на себя ответственность, но фактическое окончание срока полномочий правления произойдет на партийном съезде 28 ноября, когда будут избрано новое правление и председатель правления? - Я считаю, что в любом случае это правление могло уйти в отставку и уже определить, что на съезде состоятся выборы нового правления, а их обязанности оставшееся время будут исполнять люди, которые займут их места. В противном случае вся эта отставка кажется мне фальшивой и иллюзорной: они ушли в отставку, но в то же время продолжают работать. По крайней мере, в моем понимании, это нельзя назвать настоящей отставкой. Мне было бы трудно обосновать это перед людьми, которые придут ко мне и спросят, берем ли мы на себя ответственность. Я бы сказал "да", но в то же время продолжал бы работать в качестве члена правления. По крайней мере, в том смысле, в котором я вижу ситуацию, это показалось бы мне несправедливым ни по отношению к членам партии, ни к людям, поддерживающим "Новое Единство" и "Единство" как таковое. - Одно из возможных толкований — это попытка таким образом немного снизить напряжение до съезда, заранее заявив, что правление взяло на себя ответственность, чтобы не превращать это в поиск виновных на съезде. Допустим, мы уже посыпали себя пеплом, давайте перейдем к выборам в правление. - Посыпание пеплом и взаимные обвинения тоже ни к чему хорошему не приведут. Гораздо важнее честно оглянуться назад и обсудить весь процесс, который происходил в течение последних четырех лет, особенно с января, - как в связи с предвыборным процессом, так и с отставкой правительства, и наконец с результатами выборов. - На ваш взгляд, правительство ушло в отставку слишком поздно — является ли это главной причиной результатов выборов? - Политические процессы виноваты частично. Ясно, что отставка правительства в мае не пошла нам на пользу. Также виноват наш подход к выборам, когда мы часто ставили политические проблемы в приоритет и не смогли определить, чего мы как партия хотим достичь в следующие четыре года. И весь этот процесс подготовки предвыборной кампании с точки зрения руководства, я считаю, был очень фрагментированным. Какое-то время им вообще никто не руководил. Затем, в июле и августе, мы попытались собрать воедино то, что не было сделано в качестве домашнего задания в первой половине года. Конечно, потом кандидаты боролись. В Риге у нас было более 50 палаток и встреч с жителями, но все это делалось в последний момент, в спешке, без конкретного видения и плана того, что мы действительно хотели сказать и чего хотели достичь. - Что именно вы подразумеваете под фрагментацией кампании? - Я считаю, что у нас не было единого послания, которое мы бы несли по всей Латвии. Скажем так, с одним лидером в Риге мы несли одно послание, а в Видземе – другое. - В чем заключалось противоречие между посланием в Риге, где первым номером был министр иностранных дел Байба Браже, и посланием в Видземе, где первым номером была бывший премьер-министр Эвика Силиня? - Я бы сказал, это было чисто с личной точки зрения. В Риге, конечно, мы подчеркивали личность госпожи Браже и тот факт, что сектор внешней политики очень важен для нас, и избиратели это высоко оценили. В то же время в Видземе мы, возможно, больше сосредоточились на общей работе предыдущего правительства и меньше говорили о важности сектора иностранных дел, уделяя больше внимания вопросам внутренней политики. Но в какой-то момент эти партийные послания должны быть одинаковыми. - На ваш взгляд, они конфликтовали? Или были просто подчинены личным шансам каждого лидера списка на избрание, и это в равной степени можно сказать и о Риге, и о Видземе? - Я бы не сказал, что они были подчинены шансам на избрание. Я бы сказал: скорее подчинены личности каждого лидера списка. И тогда возникает вопрос: будем ли мы как партия по-прежнему действовать как единый механизм и проводить единую кампанию по всей Латвии, или же мы будем опираться на яркие личности, которые у нас, несомненно, есть, и затем подчиним эту кампанию каждой из них? По крайней мере, на мой взгляд, партия должна быть первичной, а затем – лидеры. Что ж, в этот раз в нашей кампании эти личности были более четко обозначены, и только потом в дело вступила партийная политика. - Если предположить, что это негативно сказалось на избирателях, можно было бы предположить, например, что Эвика Силиня была бы вычеркнута в бюллетенях в Видземе, но нет – несмотря на огромную критику со всех сторон, она заняла второе место на выборах, уступив лишь Айнару Латковскису. - Что ж, Эвика по-прежнему пользуется широкой поддержкой среди избирателей "Единства". Ясно, что она широко известна как бывший глава правительства, и поэтому не совсем приемлемый кандидат для некоторых избирателей, но в то же время мы видим, что она свою работу выполнила и была избрана в новый Сейм. Очевидно, если смотреть на это с ее точки зрения, эта кампания была успешной. - Я понимаю, к чему вы клоните, но, судя по этому принципу, Браже в Риге, очень благоприятном для "Единства" избирательном округе, должна была затянуть в Сейм за собой больше людей, но она затянула только Андрея Юдина и Инессу Либиню-Эгнере, если можно так выразиться. - С одной стороны, можно так подумать, но нельзя отрицать, что Байба проделала довольно хорошую работу, а с другой — возникает вопрос: получили бы мы этих двух кандидатов без нее? Ведь наши избиратели ясно показали, как в плюсах, так и в минусах, что поддерживают Байбу. Еще нужно время, и данные необходимо проанализировать, но я предполагаю, что многие люди брали список "Единство" не для того, чтобы голосовать за политическую силу, а чтобы проголосовать за конкретного человека, которым в данном случае была Байба в Риге и Айнарс Латковскис или Эвика Силиня в Видземе. - Не знаю, видели ли вы видео генерального секретаря партии, бывшего министра образования и науки Анды Чакши, которое она опубликовала несколько дней назад. Как и вы, она никого не называет по имени и говорит завуалированно, но в риторической форме все же выражает свое разочарование по поводу токсичных отношений и того факта, что те, кто сомневается и задает вопросы, стали проблематичными и сложными в глазах руководства. Вы представляете, о чем она говорит? Испытываете ли вы похожие чувства? - Это видео я не видел, и лучше всего все объяснить смогла бы сама госпожа Чакша, но ясно, что во время кампании время от времени возникали разногласия, как между лидером партии и ею, так и между членами правления. Думаю, это часть процесса, вопрос лишь в том, какой результат мы получим или будем продолжать обвинять друг друга, и результат будет таким, какой он есть. Если госпожа Чакша сказала то, что вы говорите, скорее всего, она испытывает горечь по поводу проделанной работы. Она действительно месяцами работала без дополнительной оплаты, и, вероятно, именно в этом и заключается эта горечь. - О чем были эти разногласия? - О различных элементах кампании. Начиная с того, кто будет участвовать в дебатах и где размещать рекламу — на улице или в газете. И, скорее всего, были разные представления о том, как это следует делать, по крайней мере, насколько мне известно. - Возникало ли ощущение, что ресурсы избирательной кампании тратились больше на продвижение конкретных лидеров? - Я думаю, продвижение лидеров — это нормальная практика. Давайте будем честными: не стоит обижаться, что мы продвигаем первого в списке, а не седьмого или восьмого. Возможно, вопрос был скорее в том, где и как, а не в конкретных личностях. С моей точки зрения как члена правления, могло показаться странным, что, несмотря на то, что главным органом принятия решений в партии является правление партии, появляются решения, которые даже не обсуждались с правлением, а при вопросах о том, почему мы делаем то или иное, ответ звучит так: "Потому что так решила рабочая группа избирательной кампании". И это вызывает недовольство у членов правления, не входящих в эту рабочую группу.
https://lv.sputniknews.ru/20261007/posle-provala-na-vyborakh-v-seym-pravlenie-edinstva-pereizberut-34396622.html
https://lv.sputniknews.ru/20261009/kulbergsu-nuzhno-polzovatsya-situatsiey-poka-partii-ne-opravilis-ot-shoka-posle-vyborov-34421936.html
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
2026
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Новости
ru_LV
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/07e6/0c/0c/23591573_311:0:3042:2048_1920x0_80_0_0_992dde618988b49f4473d61c7a4f733b.jpgSputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
новости политики латвии, парламентские выборы, байба браже, эвика силиня, "новое единство"
новости политики латвии, парламентские выборы, байба браже, эвика силиня, "новое единство"
РИГА, 22 окт — Sputnik. О закулисье избирательной кампании, которое, вероятно, частично виновато в плохом результате выборов партии "Новое Единство" в интервью латвийской журналистке Агнесе Маргевиче рассказал Давис Мартиньш Даугавиетис, депутат 14-го Сейма.
- После провала на парламентских выборах, когда "Новое Единство" получило всего семь мест в парламенте вместо прежних 26, вы 12 октября объявили об уходе с поста члена правления партии. Я полагала, что уже на следующий день на всех телеканалах будут интервью с вами, но, к моему удивлению, этого не случилось. Вероятно, потому что все внимание сосредоточено в основном на победителях выборов — "Объединенном списке" (ОС). Однако, мне кажется, что, учитывая место, которое "Единство" до этого занимало в латвийской политике, и ответственность за все процессы, а также тот факт, что эти внутрипартийные процессы могут существенно повлиять на переговоры о формировании нового правительства, эту тему следует обсудить более подробно. Мое внимание привлекло то, что вы, как оказалось, призвали уйти все правление партии, и сделать это на следующий же день после выборов, но никто не откликнулся. Мы знаем, что в отставку подал только председатель совета партии Хосам Абу Мери, не попавший в Сейм. Могли бы вы подробнее объяснить свою позицию: в чем заключаются ошибки, кто должен нести за них ответственность, и, возможно, как проходило внутрипартийное обсуждение на следующий день после выборов, когда ваше мнение осталось неуслышанным?
- Мы заранее договорились: какими бы ни были результаты выборов, правление соберется и обсудит их, и в то воскресенье днем мы действительно встретились в офисе партии. Ясно, что результаты таковы, какие они есть, но благодаря избирателям мы преодолели 5-процентный барьер, и это позволило нам продолжить работу в Сейме! Наверное, никого это не обманет – падение числа депутатов с 26 до семи свидетельствует о каких-то ошибках в этом политическом цикле. Такое мнение высказывал не только я – несколько коллег говорили, что, возможно, правлению, следует уйти в отставку, но многие считали, что это был бы поспешный шаг и отставка — это нехарактерный для "Единства" сигнал, и он вряд ли пошел бы на пользу. В тот день (воскресенье, 4 октября – ред.) мы не пришли к консенсусу, все просто высказали свое мнение и разошлись, но на следующий день, в понедельник, мы договорились, что ежегодный съезд состоится 28 ноября и в повестку дня также будут включены выборы в правление и на пост председателя. В то же время у меня возник вопрос: как же так – будут выборы в правление, а мы фактически не ушли в отставку? Кто возьмет на себя ответственность и какой сигнал будет дан внешнему миру – как членам партии, так и ее сторонникам, – что, на наш взгляд, в этом процессе пошло не так? Поэтому я заявил, что, по моему мнению, правление все же должно уйти в отставку. Следующая неделя прошла без каких-либо заявлений о том, что произошло не так, как мы, возможно, планировали, и правление осознает свою ответственность, поэтому я подождал и выступил со своим заявлением. Я считаю, что это было необходимо. Если мы как "Единство" хотим оставаться серьезной силой в латвийской политике, то мы должны как уметь признавать свои ошибки, так и говорить об этом избирателям, потому что, на мой взгляд, в современной политике люди ценят открытость. И только после моего заявления (16 октября – ред.) появилось странное заявление о том, что правление якобы продолжит свою работу, но в то же время на съезде будет избрано новое правление, что правление якобы возьмет на себя ответственность, но при этом в Реестре предприятий до съезда останутся те же члены правления. Но я, со своей стороны, все сделал правильно: я подал документы в Реестр предприятий, и мое место уже занял другой член правления – Атис Лабуцис, который на предыдущем съезде на выборах в правление занял первое место за чертой.
- Коллеги по партии были недовольны вашим решением, вы получали и гневные комментарии?
- Трудно говорить от имени других коллег, но, конечно, можно было почувствовать, что какая-то часть коллег была недовольна таким заявлением. Я слышал такие отзывы. Те, кто писал лично, поздравляли меня с таким решением и считали его правильным.
- Всплыли ли в послевыборном разговоре тактические соображения, аргументы, почему правление должно уйти в отставку? Потому что существует несколько возможных вариантов интерпретации такого выбора. Один из них может быть тактическим соображением, чтобы "Единство" выглядело как можно сильнее и сплоченнее, вступая в переговоры о формировании правительства с победителями выборов?
- Сложно сказать. Я думаю, что аргумент о том, что в таком случае партия останется без дееспособного руководства, который прозвучал в качестве одного из доводов в пользу того, почему правление не может уйти в отставку сейчас, не выдерживает критики, потому что на предыдущем съезде у нас было, кажется, 13 или 14 кандидатов, которые не были избраны в правление. Следовательно, если нынешнее правление уйдет в отставку, эти люди, которые в правление не попали, займут их место и смогут продолжить свою работу в течение месяца до съезда.
Если бы вы спросили мое мнение о том, почему остальные члены правления не хотят уходить в отставку, я бы ответил, что, скорее, некоторые люди не желают брать на себя личную ответственность за плохие результаты выборов, а объяснить это "особенностями политической эпохи", тем фактом, что "политика, как и экономика, циклична", с чем, конечно, можно частично согласиться. Но я бы сказал, что у нас как у партии еще было достаточно возможностей принять лучшие решения, чтобы не оказаться утром в день выборов всего с семью мандатами.
- А кто эти люди, которые не хотят брать на себя личную ответственность, а винят в неудачах циклический характер политики?
- Думаю, они сами могут это сказать. Было бы некорректно называть коллег по именам. Вы можете ознакомиться с различными политическими лозунгами моих коллег, придерживающихся той или иной точки зрения.
- Вы считаете, что, если правление уйдет в отставку, его легко можно будет заменить новыми членами правления, которые на прошлом съезде остались "за чертой". Но мы очень хорошо помним, что на предыдущем съезде "Единства" развернулась ожесточенная борьба за власть, и нынешний состав правления является результатом этого. Другими словами, в предложенном вами варианте на его место придет совершенно другой состав правления, который не был одобрен большинством участников предыдущего съезда. И в этом случае очень важные решения – как о переговорном мандате о новом правительстве, так и о составе переговорщиков, об участии "Единства" в работе второго правительства Кулбергса, а также о министерствах и кандидатах в министры – в период до съезда – будут приниматься совершенно другими людьми. Разве все эти разногласия по поводу отставки правления "Единства" не связаны с параллельным процессом формирования нового правительства?
- С одной стороны, в этом есть логика, но если существует такое недоверие к людям, не избранным в правление, то у меня возникает вопрос: как на самом деле функционирует партия? Потому что, на мой взгляд, люди, кто не был избран в правление на предыдущих выборах, также являются патриотами партии и будут действовать, чтобы наилучшим образом служить интересам партии. Или другой вариант – если такие опасения действительно существуют, то справедливо будет сказать, что мы не уходим в отставку, а затем обсудить это на съезде, потому что иначе получится ни то, ни се. Я считаю неприемлемыми такие попытки юлить и неспособность выразить реальное мнение.
- Почему вас не устраивает решение, предложенное Эвикой Силиней 16 октября, – признание, что избиратели показали "Единству" желтую карточку, и поэтому правление берет на себя ответственность, но фактическое окончание срока полномочий правления произойдет на партийном съезде 28 ноября, когда будут избрано новое правление и председатель правления?
- Я считаю, что в любом случае это правление могло уйти в отставку и уже определить, что на съезде состоятся выборы нового правления, а их обязанности оставшееся время будут исполнять люди, которые займут их места. В противном случае вся эта отставка кажется мне фальшивой и иллюзорной: они ушли в отставку, но в то же время продолжают работать. По крайней мере, в моем понимании, это нельзя назвать настоящей отставкой. Мне было бы трудно обосновать это перед людьми, которые придут ко мне и спросят, берем ли мы на себя ответственность. Я бы сказал "да", но в то же время продолжал бы работать в качестве члена правления. По крайней мере, в том смысле, в котором я вижу ситуацию, это показалось бы мне несправедливым ни по отношению к членам партии, ни к людям, поддерживающим "Новое Единство" и "Единство" как таковое.
- Одно из возможных толкований — это попытка таким образом немного снизить напряжение до съезда, заранее заявив, что правление взяло на себя ответственность, чтобы не превращать это в поиск виновных на съезде. Допустим, мы уже посыпали себя пеплом, давайте перейдем к выборам в правление.
- Посыпание пеплом и взаимные обвинения тоже ни к чему хорошему не приведут. Гораздо важнее честно оглянуться назад и обсудить весь процесс, который происходил в течение последних четырех лет, особенно с января, - как в связи с предвыборным процессом, так и с отставкой правительства, и наконец с результатами выборов.
- На ваш взгляд, правительство ушло в отставку слишком поздно — является ли это главной причиной результатов выборов?
- Политические процессы виноваты частично. Ясно, что отставка правительства в мае не пошла нам на пользу. Также виноват наш подход к выборам, когда мы часто ставили политические проблемы в приоритет и не смогли определить, чего мы как партия хотим достичь в следующие четыре года. И весь этот процесс подготовки предвыборной кампании с точки зрения руководства, я считаю, был очень фрагментированным. Какое-то время им вообще никто не руководил. Затем, в июле и августе, мы попытались собрать воедино то, что не было сделано в качестве домашнего задания в первой половине года. Конечно, потом кандидаты боролись. В Риге у нас было более 50 палаток и встреч с жителями, но все это делалось в последний момент, в спешке, без конкретного видения и плана того, что мы действительно хотели сказать и чего хотели достичь.
- Что именно вы подразумеваете под фрагментацией кампании?
- Я считаю, что у нас не было единого послания, которое мы бы несли по всей Латвии. Скажем так, с одним лидером в Риге мы несли одно послание, а в Видземе – другое.
- В чем заключалось противоречие между посланием в Риге, где первым номером был министр иностранных дел Байба Браже, и посланием в Видземе, где первым номером была бывший премьер-министр Эвика Силиня?
- Я бы сказал, это было чисто с личной точки зрения. В Риге, конечно, мы подчеркивали личность госпожи Браже и тот факт, что сектор внешней политики очень важен для нас, и избиратели это высоко оценили. В то же время в Видземе мы, возможно, больше сосредоточились на общей работе предыдущего правительства и меньше говорили о важности сектора иностранных дел, уделяя больше внимания вопросам внутренней политики. Но в какой-то момент эти партийные послания должны быть одинаковыми.
- На ваш взгляд, они конфликтовали? Или были просто подчинены личным шансам каждого лидера списка на избрание, и это в равной степени можно сказать и о Риге, и о Видземе?
- Я бы не сказал, что они были подчинены шансам на избрание. Я бы сказал: скорее подчинены личности каждого лидера списка. И тогда возникает вопрос: будем ли мы как партия по-прежнему действовать как единый механизм и проводить единую кампанию по всей Латвии, или же мы будем опираться на яркие личности, которые у нас, несомненно, есть, и затем подчиним эту кампанию каждой из них? По крайней мере, на мой взгляд, партия должна быть первичной, а затем – лидеры. Что ж, в этот раз в нашей кампании эти личности были более четко обозначены, и только потом в дело вступила партийная политика.
- Если предположить, что это негативно сказалось на избирателях, можно было бы предположить, например, что Эвика Силиня была бы вычеркнута в бюллетенях в Видземе, но нет – несмотря на огромную критику со всех сторон, она заняла второе место на выборах, уступив лишь Айнару Латковскису.
- Что ж, Эвика по-прежнему пользуется широкой поддержкой среди избирателей "Единства". Ясно, что она широко известна как бывший глава правительства, и поэтому не совсем приемлемый кандидат для некоторых избирателей, но в то же время мы видим, что она свою работу выполнила и была избрана в новый Сейм. Очевидно, если смотреть на это с ее точки зрения, эта кампания была успешной.
- Я понимаю, к чему вы клоните, но, судя по этому принципу, Браже в Риге, очень благоприятном для "Единства" избирательном округе, должна была затянуть в Сейм за собой больше людей, но она затянула только Андрея Юдина и Инессу Либиню-Эгнере, если можно так выразиться.
- С одной стороны, можно так подумать, но нельзя отрицать, что Байба проделала довольно хорошую работу, а с другой — возникает вопрос: получили бы мы этих двух кандидатов без нее? Ведь наши избиратели ясно показали, как в плюсах, так и в минусах, что поддерживают Байбу. Еще нужно время, и данные необходимо проанализировать, но я предполагаю, что многие люди брали список "Единство" не для того, чтобы голосовать за политическую силу, а чтобы проголосовать за конкретного человека, которым в данном случае была Байба в Риге и Айнарс Латковскис или Эвика Силиня в Видземе.
- Не знаю, видели ли вы видео генерального секретаря партии, бывшего министра образования и науки Анды Чакши, которое она опубликовала несколько дней назад. Как и вы, она никого не называет по имени и говорит завуалированно, но в риторической форме все же выражает свое разочарование по поводу токсичных отношений и того факта, что те, кто сомневается и задает вопросы, стали проблематичными и сложными в глазах руководства. Вы представляете, о чем она говорит? Испытываете ли вы похожие чувства?
- Это видео я не видел, и лучше всего все объяснить смогла бы сама госпожа Чакша, но ясно, что во время кампании время от времени возникали разногласия, как между лидером партии и ею, так и между членами правления. Думаю, это часть процесса, вопрос лишь в том, какой результат мы получим или будем продолжать обвинять друг друга, и результат будет таким, какой он есть. Если госпожа Чакша сказала то, что вы говорите, скорее всего, она испытывает горечь по поводу проделанной работы. Она действительно месяцами работала без дополнительной оплаты, и, вероятно, именно в этом и заключается эта горечь.
- О чем были эти разногласия?
- О различных элементах кампании. Начиная с того, кто будет участвовать в дебатах и где размещать рекламу — на улице или в газете. И, скорее всего, были разные представления о том, как это следует делать, по крайней мере, насколько мне известно.
- Возникало ли ощущение, что ресурсы избирательной кампании тратились больше на продвижение конкретных лидеров?
- Я думаю, продвижение лидеров — это нормальная практика. Давайте будем честными: не стоит обижаться, что мы продвигаем первого в списке, а не седьмого или восьмого. Возможно, вопрос был скорее в том, где и как, а не в конкретных личностях. С моей точки зрения как члена правления, могло показаться странным, что, несмотря на то, что главным органом принятия решений в партии является правление партии, появляются решения, которые даже не обсуждались с правлением, а при вопросах о том, почему мы делаем то или иное, ответ звучит так: "Потому что так решила рабочая группа избирательной кампании". И это вызывает недовольство у членов правления, не входящих в эту рабочую группу.