https://lv.sputniknews.ru/20260324/russkiy-knyaz-kukenoysa-32536212.html

Русский князь Кукенойса

Русский князь Кукенойса

Sputnik Латвия

Как латышские историки переименовали русского князя Вячеслава Борисовича в "правителя Ветсеке" 24.03.2026, Sputnik Латвия

2026-03-24T10:19+0200

2026-03-24T10:19+0200

2026-03-24T11:04+0200

латвия

колумнисты

эксперты sputnik латвия

история

https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/900/03/9000334_0:97:1000:660_1920x0_80_0_0_243206783e80a7539a651d407199a96f.jpg

В ста километрах к востоку от Риги, если двигаться по шоссе вдоль реки Даугавы (Западной Двины), путь ваш пройдет мимо маленького латвийского местечка Кокнесе. Там, у места впадения в Двину небольшой речки Персе, любознательный путешественник узрит живописные остатки руин каменного средневекового замка, нависшие прямо над срезом берега. Вода плещется подле самых полуразрушенных стен. Эта небольшая крепость, выстроенная немецкими крестоносцами, некогда высилась на вершине крутого холма, однако в 60-е годы XX века в ходе строительства Плявиньской ГЭС все вокруг было затоплено водохранилищем. Это выглядит очень своеобразно, однако ничто больше не напоминает о том, какие драматические события происходили в этих местах более 800 лет назад.На установленных у руин на мысу информационных стендах рассказывается о том, что некогда здесь находилось "древнелатгальское городище", правил которым балтский правитель по имени Ветсеке. И вам с упоением будут говорить о традициях древней латышской государственности. Увы, но в действительности все обстояло совсем не так, как того хотелось бы упрямым латышским патриотам. В далекие времена в этих местах располагалось древнерусское княжество, возглавляемое юным князем Вячеславом Борисовичем, которого за молодостью лет в письменных источниках зачастую именовали просто Вячко. Латышские историки расчетливо переименовали его в "правителя Ветсеке", присвоив дела и заслуги русского князя, чтобы подкрепить и приукрасить "национально правильную" историю Латвии.Именно здесь, возле впадения речки Персе в полноводную Даугаву, стоял небольшой детинец, укрепленный центр Кукенойского княжества. О том, кто именно проживал здесь, пишет известный немецкий хронист Генрих Латвийский, который недвусмысленно говорит о том, что Кукенойс - это "русский город": Kukenoys castro Ruthenico.Изначально город именовался Куконос, и название это появилось от речки Кокны (так ранее звалась Персе). Деревянное укрепление возвели на высоком речном мысу, или на "носу Кокны". Порой разъясняют название города также и тем, что "носом" величали один из речных притоков. Так или иначе, но центр небольших княжеских владений находился здесь.С высокого холма удобно было контролировать Двинский речной торговый путь, здесь же была организована удобная паромная переправа на левый берег. Археологи нашли во время раскопок массивный деревянный элемент паромной переправы с особой выемкой и соответствующей ручкой. Определить его предназначение помогла схожесть с подобными приспособлениями для натягивания паромных канатов, которые используются и в наши дни.В советское время здесь проводились основательные, масштабные археологические исследования. Были обнаружены остатки процветающего поселения, жили здесь ремесленники, купцы, воины небольшой княжеской дружины. Это городище возникло очень давно, примерно в VI веке н.э., а возможно, и ранее. Толщина культурного слоя здесь местами составляла от четырех до семи метров. Общая площадь поселения - около двух тысяч квадратных метров. Как и положено, для защиты от алчных неприятелей имелся могучий земляной вал с деревянными стенами наверху. Археологи обнаружили остатки стоявшей на каменном фундаменте православной церкви XII века. Сохранился настил ее доломитового пола, а также каменные ступени, по которым прихожане всходили в храм.Вспомним, кстати, что именно от русских предки латышей впервые восприняли христианскую веру, о чем и сегодня нам напоминают следующие русские слова, вошедшие в латышский язык: baznīca (божница, храм), gаvēt (говеть, поститься), grēks (грех), karogs (хоругвь), klanīties (кланяться), kristīt, krists (крест, впоследствии под влиянием латинского crux - krusts), kūms, кūma (кум, кума), svēts (святой), svētīt (святить), svētki (святки), zvanīt (звонить), zvans (звон - колокол), grāmata (грамота), kaļada (коляда), nabags (небогат), nedēļa (неделя), ubags (убог) и т. д.Определяющим доказательством того, что древний Кукенойс был именно русским городом, является в изобилии обнаруженная археологами глиняная керамика конкретно древнерусского образца. Она здесь подавляюще доминирует, составляя, согласно научным отчетам, до 98% всего обнаруженного керамического материала. Следует заметить, что дешевые и простые глиняные горшки предметом выгодной продажи обычно не являлись, далеко их не перевозили. Лепили домашнюю посуду, как правило, непосредственно по месту проживания, в соответствии с определенной этнической культурной традицией, и если эта незатейливая посуда, по определению археологов, "русского образца", то ее, бесспорно, изготавливали руки русских гончаров.Вообще при раскопках в древнем Кокнесе более, чем где-то на латвийской земле, ощутимо веет материальным наследием древнерусской культуры. В большом количестве археологи находили здесь разнообразные украшения, перстни, браслеты, русские стеклянные бусы и многое другое. Обнаружилась оригинальная свинцовая печать Св. Георгия и Софии с греческой надписью. В полной мере оценить все это археологическое богатство, к сожалению, не представляется возможным, поскольку все находки так и не были полноценно атрибутированы, материалы раскопок никогда не публиковались полностью. И почему бы это латышские историки проявляли столь удивительную неразворотливость? О чем выгодно им было промолчать? Вопросы, вопросы… Ответов же вам никто не даст.Несмотря на важное торговое значение, древнерусский Кукенойс являлся прежде всего дружинным, воинским поселением. Археологи находили здесь немало элементов вооружения и особенно много боевых, бронебойных наконечников стрел, смертоносных в сражении с защищенными доспехами латниками. В княжеском детинце размещалась дружина, оберегавшая окрестные земли от непрошеных визитов всякого рода предприимчивых добытчиков: земгалов, литвы, эстов. Кукенойская дружина была невелика, не более пары сотен бойцов, и потому приходилось им непросто, тем более что именно в это время из западных земель в манившее их устье Даугавы прибывали все новые корабли, завозившие в Ливонию свежие партии крестоносцев. Справиться с ними было нелегко…К тому моменту, как молодой князь Кукенойса впервые лично столкнулся с европейскими пришлецами, было ему всего лишь 19 лет. Не случайно Генрих Латвийский уничижительно называет его "королек". В этом возрасте уже можно отважно сражаться, но очень трудно править весомо и разумно. Женат он еще не был…Вячеслав Борисович, которого в латвийских учебниках истории важно титулуют "правителем Ветсеке", был внуком смоленского князя Давыда Ростиславича, одного из героев "Слова о полку Игореве". Известный историк Василий Татищев, еще в XVIII веке занимавшийся исследованием жизни и деяний князя Вячко, опирался в своей работе на летопись Еропкина, на страницах которой описывался полоцкий князь Борис Давидович, а также его жена Святохна. Там же упоминались сыновья князя Бориса - Василёк и ставший владетелем Кукенойса князь Вячко. К несчастью, эта бесценная летопись погибла во время войны с Наполеоном в 1812 году.Ближнее соседство с Древней Русью, культурное, торговое и военное взаимодействие с племенами, проживавшими на территории нынешней Латвии, было традиционным и неизменным, продолжаясь в течение сотен лет. В конце XII века восточная Латвия цельно входила в административную систему древнерусских земель, и немецкие крестоносцы это признавали. Так, когда в октябре 1188 года Римский папа Климент III благословлял своей властью недавно образованную в низовьях Даугавы "епархию Икскюль" (Икшкиле, недалеко от нынешнего Саласпилса), то в соответствующем регламенте указывалось, что находится эта новая епархия в землях, относящихся к Руси (in Ruthenia).Это было время, когда древнерусские княжества погрязли в междоусобной борьбе, а потому на помощь со стороны более сильных, союзных ему русских правителей князь Вячеслав Борисович рассчитывать не мог. Он был вынужден пытаться уцелеть в столкновении с заморскими новоселами через переговоры и уступки их наглым требованиям. Вячко встречался в 1207 году с предводителем крестоносцев епископом Альбертом, и, как пишет Генрих Латвийский в своей хронике: "Епископ почтил короля многими дарами, обещал ему помощь людьми и оружием…" Это великодушие распространялось не даром. По требованию тевтонского вождя, русский князь был вынужден обещать уступить ему половину своих земель.Видимость дружбы с епископом Альбертом дорого обошлась молодому Вячко. Вскоре в одну недобрую ночь люди епископского вассала Даниила фон Бенерова вероломно захватили не ожидавший их нападения Кукенойс. Старательный немецкий хронист довольно обстоятельно записал, как все происходило тогда: "Однажды ночью слуги Даниила поднялись вместе с ним самим и быстро двинулись к замку короля. Придя на рассвете, они нашли спящими людей в замке, а стражу на валу малобдительной. Взойдя неожиданно на вал, они захватили главное укрепление; отступавших в замок русских, как христиан, не решились убивать, но угрозив им мечами, одних обратили в бегство, других взяли в плен и связали. В том числе захватили и связали самого короля, а все имущество, бывшее в замке, снесли в одно место и тщательно охраняли". Как возгласил столетия спустя британский поэт Киплинг: "Горе слабейшему, горе!"Эта подлая история мутна до невозможности. Ясно, что низменный плут Даниил не совершил бы такого нападения без заведомого согласия епископа Альберта, своего сюзерена. Удивительно легко, без боя и сопротивления, захватчики проникли в русский детинец. Дескать, стража оказалась "малобдительна"… Сохранивший остатки совестливости хронист явно что-то утаивает. Слишком просто было бы оправдать все легкомысленной молодостью князя и недосмотром его дружинников, проворонивших вражеское нападение. Эта тайна могла бы так и остаться неразгаданной, однако многое столетиями хранилось в народной памяти.До наших дней дошло местное старинное предание, которое дает совершенно ясную картину произошедшего в ту роковую ночь. Вот что рассказывали старики, передававшие этот рассказ из поколения в поколение: "Правил некогда в Кокнесе один властитель и любил похваляться особой верностью своих слуг, которую оплачивал он весьма щедро. Однажды во время пира начал он снова бахвалиться. И тогда один швед заметил: "Купленная верность не многого стоит!" Правитель высмеял шведа и предложил ему доказать правоту своих слов. Тот вызвался завоевать Кокнесский замок, который в ту пору считался неприступным. Швед набрал войско и осадил его. С замкового вала всячески высмеивали осаждавших. Тогда швед приблизился, вынул из кармана тяжелую золотую цепь и сказал: "Эту цепь получит тот, кто ночью отопрет ворота. Кроме того, я обещаю возвысить этого человека над собою и над всем моим войском”. После этого он ушел. Настала ночь. Владелец замка, полагаясь на своих людей, спокойно лег спать. Около полуночи один из сторожей тихо приоткрыл ворота. Осаждавшие ворвались в замок и разграбили его. Правителя, который спокойно спал, враги не тронули. Когда замок был начисто ограблен и все богатства вынесены, швед подозвал слугу, отворившего ворота, петлей накинул ему на шею золотую цепь и сказал: "Цепь ты уже получил, теперь я возвышу тебя". Сказав это, он повесил предателя на одном из столбов. Потом швед написал на листе бумаги: "Этот человек отпер ворота замка, чем заслужил золотую цепь и положение надо мною и моими воинами". Лист бумаги он прикрепил к столбу рядом с повешенным и удалился. Утром владелец замка, потрясенный случившимся, боясь еще большего позора, бросился с замкового вала в реку Персе".Как мы видим, все обстояло предельно ясно. Очевидно, что за века в народном сознании немецкий крестоносец обернулся в "шведа", но в целом ситуация рисуется отчетливо. Наверняка позарившийся на щедрые посулы мерзавец впустил врагов в княжеский замок. Остается надеяться, что старинное предание истинно сообщает и о справедливом возмездии за это предательство: виновного "возвысили над всеми" посредством петли на иудиной шее…Попытаемся представить всю глубину душевного страдания, которое пережил тогда молодой князь Вячко. Опозоренный, преданный, униженный, отослан он был своим победителем в Ригу. Лицемерный епископ, разумеется, разыграл деланое возмущение действиями своего вассала, однако продержал Вячеслава Борисовича у себя в плену несколько месяцев. Лишь весной 1208 года русский князь под конвоем пары десятков крестоносцев возвратился в свой разоренный Кукенойс. Тевтоны на правах хозяев вольготно поселились в княжеском детинце. У Вячко не было сил отвоевать свои владения, но он мог мстить. Когда пришло время, его дружинники перебили немцев, отправив их трупы вниз по течению Двины. Ожидаемая князем помощь так и не пришла… И тогда Вячеслав Борисович зажег родной Кукенойс и с немногими своими людьми ушел на Русь.Знаменитый историк Николай Карамзин о его дальнейшей судьбе написал: "Чтобы удержать за Россией Дерпт [Юрьев], они [новгородские князья] уступили сей город одному из владетелей кривских, мужественному Вячку, который начальствовал прежде в Двинском замке Кукейносе. Имея у себя не более 200 воинов, он утверждал свое господство в Северной Ливонии - брал дань с жителей, строго наказывал ослушников и беспрестанно тревожил немцев".Монахиня Таисия в "Житиях русских святых" сообщает нам о его последних минутах: "В начале 13-го века город Юрьев, воздвигнутый великим князем Ярославом Мудрым на реке Омовже [р. Эмайыги] на запад от Пскова, был взят немецкими рыцарями-меченосцами. Князь же юрьевский, Вячко, видя гибель своего города, бросился с конем с городской стены прямо в пламень, объявший город, - и погиб". Случилось это в 1224 году.В книгах старого времени о жизни русского владетеля Кукенойса князя Вячеслава Борисовича писалось обстоятельно и вполне определенно. Его русское происхождение считалось установленным и сомнению никем не подвергалось. Иное дело, когда в советское время, в соответствии с канонами "ленинской национальной политики", считалось необходимым проявлять угодничество и заискивание перед особым мнением латышских историков, которые возжелали "присвоить" князя Вячко себе, объявив его древнелатышским "правителем Ветсеке". И это мнение их стараниями утвердилось достаточно прочно. Но пришла пора вернуть историческую правду об этом герое нашей отечественной истории.

https://lv.sputniknews.ru/20260312/latvii-est-chem-gorditsya-vspomnim-o-sovetskom-kolonializme-32389642.html

https://lv.sputniknews.ru/20260320/evropa-otmetilas-shedevrom-antirossiyskoy-propagandy-esche-v-xvi-veke-32492684.html

латвия

2026

Новости

ru_LV

латвия, колумнисты, эксперты sputnik латвия, история