Дело Алексеева и Сумарокова: последний рубеж в битве за свободу слова

© фото из личного архиваЮрий Алексеев
Юрий Алексеев - Sputnik Латвия
Подписаться на
Yandex newsTelegram
Полиция безопасности затыкает людям рот подписками о неразглашении материалов следствия в ситуации, когда публичность была и остается важнейшим оружием сдерживания

РИГА, 28 ноя — Sputnik, Владимир Линдерман. Полиция безопасности 23 ноября задержала журналистов Юрия Алексеева и Дмитрия Сумарокова. Двое суток задержанные провели в изоляторе временного содержания в Чиекуркалнсе (народное название — "Седьмое небо"), после чего ПБ обратилась в суд с ходатайством об их аресте и переводе в Рижскую центральную тюрьму.

Однако суд ходатайство отклонил, Алексеев и Сумароков сейчас находятся на свободе. Обоим присвоен статус подозреваемого по нескольким статьям Уголовного закона.

Заключенный - Sputnik Латвия
"Прямой наезд на свободу слова": Линдерман предполагает еще одно задержание

По уточненным данным, Юрию Алексееву предъявляются: "оправдание геноцида, преступлений против человечности, преступлений против мира и военных преступлений" (статья 74 прим), "деятельность, направленная против Латвийской Республики" (статья 80, часть вторая) и "помощь иностранному государству в его деятельности, направленной против Латвийской Республики" (статья 81 прим).

Самой тяжелой является статья 80 (2), минимальное наказание по которой — пять, а максимальное — пятнадцать лет лишения свободы.

Поскольку единственное, что связывает Алексеева и Сумарокова, — это модерирование портала IMHOclub.lv, можно уверенно утверждать, что именно деятельность портала является мишенью ПБ. Такого агрессивного наезда латвийских спецслужб на свободу слова я, честно говоря, не припомню.

Тайна, покрытая мраком

Конечно, было бы интересно узнать, что именно вменяют Алексееву и Сумарокову, какие конкретные факты скрываются за стандартными юридическими формулировками? Проще говоря — что такого ужасного они натворили?

Это не праздное любопытство. Ведь речь идет не об ограблении магазина, а о границах свободы слова. Общество вправе участвовать в обсуждении этого вопроса. Но как оно может участвовать, если ничего не известно?

Проблема тут вот в чем. И с подозреваемых, и с адвоката взята подписка о неразглашении материалов следствия. Поэтому они молчат. Та же история была с Гапоненко, когда он сидел в тюрьме. Человек сидит, а за что конкретно — никто не знает.

Сам я всегда пренебрегал запретом. Когда меня арестовали в мае этого года, я сразу постарался донести до СМИ главную причину ареста — мое выступление на Вселатвийском родительском собрании. Оно было выложено в интернете, любой мог посмотреть и оценить. Это помогло мне в формировании общественного мнения в мою пользу.

Имеет ли Полиция безопасности право требовать от подозреваемого неразглашения материалов следствия? Да, имеет. В Уголовно-процессуальном законе есть статья 396, согласно которой:

Тюремная камера - Sputnik Латвия
Гапоненко признался по одному из обвинений, предъявленных прокуратурой Латвии

"Сведения, полученные в досудебном уголовном процессе, могут быть разглашены до окончания процесса только с разрешения следователя или прокурора и в установленном ими объеме. Следователь или прокурор письменно предупреждает лицо об уголовной ответственности за разглашение подобных сведений".

Статья 304 Уголовного закона предусматривает наказание за разглашение — от денежного штрафа до кратковременного ареста.

Кстати, в России ситуация в этом отношении демократичнее. Законы сформулированы примерно так же, но есть определение Конституционного суда РФ от 21.12.2004 года, которое запрещает брать подписку о неразглашении с подозреваемого или обвиняемого. От остальных участников процесса — потерпевшего, защитника, свидетеля, эксперта и проч. — можно требовать неразглашения материалов следствия, но не с подозреваемого или обвиняемого, поскольку это нарушает его право на полноценную защиту.

Публичность — наше оружие, его хотят отнять

Пишу все это не для того, чтобы блеснуть юридическими познаниями. Я был одним из немногих, кто утверждал, что репрессии против Алексеева, Гапоненко, Козырева, меня, участников Вселатвийского родительского собрания не связаны с выборами в Сейм. Что это не сиюминутные предвыборные игры, а — стратегия, имеющая целью окончательно раздавить русское сопротивление. Жизнь подтвердила мою правоту. Атака на IMHOclub.lv — очередной шаг в реализации этой стратегии. Очередной, но не последний.

В этой ситуации публичность — наше важнейшее оружие. Оружие сдерживания, скажем так. Чем больше публичности в подобного рода делах, тем лучше для нас и хуже для противника. В ПБ это прекрасно понимают и поэтому затыкают людям рот подписками о неразглашении.

Получается так, что до суда обвиняемый не может четко изложить свою версию, свое видение событий. Соответственно, СМИ — а что им остается? — излагают или версию Полиции безопасности, или что-то невнятно-нейтральное, или просто молчат. Потом суд делают закрытым (скажем, статья "помощь иностранному государству" позволяет "закрыть" процесс под предлогом какой-нибудь государственной тайны), и — все, вот вам приговор, получите и распишитесь.

Журналист Юрий Алексеев - Sputnik Латвия
Алексеев: меня обвиняют в поддержке "преступлений" СССР, которых не было

Обращаюсь к юристам: есть ли основания оспорить в Конституционном суде вышеприведенные нормы Уголовного и Уголовно-процессуального законов на предмет их несоответствия Конституции? Есть ли решения ЕСПЧ или иных европейских институций, на которые можно опереться?

Еще раз повторю: совершен исключительно наглый наезд на свободу слова. Если Алексеева и Сумарокова осудят, это будет наше общее поражение. Нельзя этого допустить.

Лента новостей
0