Едем в машине с Виктором Карклиным, председателем Латышского общества Башкортостана. Наш поезд в Челябинск отходит после полуночи, решили днем сдать чемоданы и пошататься по городу.
— Придумали уже, что в Челябинске делать будете?
— Да у нас там времени не так уж много. Погуляем, может, какого латыша найдем.
— А зачем его искать?— Виктор смотрит на нас удивленно. — Вам латыш в Челябинске нужен?
— А он там есть?— спрашиваем осторожно.
— Разумеется! Сейчас наберу.
— У вас прямо как сеть тайных агентов по всей России. В какой город ни ткни, там латыш.
— Почему тайная? Мы не прячемся.
Утром мы проснулись, когда поезд уже плавно втягивался в Челябинск. Наша попутчица, которую мы напугали своим появлением, уже успокоилась. Мы вместе допивали чай с башкирским медом, который нам вручили в дорогу, вместе вышли на перрон.
— Вы рижане?— к нам подошел мужчина крепкого телосложения.
— Мы. Вы Олег?
— Я. Ну здравствуйте, ребята!
Олег широко улыбается. Чувствуем, что это не формальная улыбка вежливости. Упорно пытается отобрать у нас чемоданы. Наконец сдается.
— Значит так: сейчас я везу вас в гостиницу, немножко передохнете, потом едем…
— Стоп. У нас нет гостиницы.
— А у нас есть.
— Не в этом смысле. Мы же сегодня уезжаем. Нам смысла ее снимать нет.
— А вам и не надо. Я уже снял. Ну как нет смысла? Сходите в душ, отдохнете после поезда.
Приезжаем, договариваемся, что Олег заедет через час. Душ действительно оказался по делу. Час Олег не вытерпел, пришел раньше. Начинаем говорить.
Родина Вольдемара Гофрата
Олег — чистокровный латыш. Всю сознательную жизнь он жил с четким осознанием этого факта. Его дед, Вольдемар Гофрат, переехал в Россию еще до войны. Знаменитый архитектор. Только в Челябинске он спроектировал десятки зданий. Позже мы отправились их осматривать. Пока что сидим в номере.
— Дед всю жизнь боялся своей национальности, хотя очень гордился ею. Боялся, что за ним придут, как приходили ко многим. Он хотел строить. Отучившись на архитектора в Ленинграде, переехал сюда. Потом была командировка в Ригу. Там тоже есть несколько проектов, созданных его руками. Точнее, рукой. Левой.
— Он был левша?
— Не совсем. У него была травма правой, рабочей руки. Поэтому все проекты он чертил левой. И рисовал ею.
— А что он рисовал?
— Ригу. У нас вся квартира — в рижских видах. Я познакомился с нашей столицей благодаря картинам деда.
В Ригу настоящую, не нарисованную, Олег с семьей первый раз приехал только этим летом, в июле. Бывает так, что реальность вдребезги разбивает фантазии. Но не в этом случае.
— Не разочаровала Рига?
— Наоборот. Она оказалась еще лучше, чем я себе представлял. У меня там родственник живет, в Пурвциемсе. Он с утра ехал на работу, брал нас с собой, выпускал в центре, и мы целый день гуляли.
Как выучить латышский по скайпу
Гофрат-младший целенаправленно превращает свою семью в латышскую. У него двое детей: старшая Виктория и младший сын Ян. Он же Янис.
— Я специально давал имена, которые легко приживутся и здесь, и на родине. Хотел вообще назвать Янис, но в паспортном столе отговорили. Сказали, у детей выросшего Яниса возникнут проблемы с отчеством. Янисович — звучит не очень.
Но тем не менее праздник Лиго в семье Гофратов — знаковое событие.
"У меня есть свой дуб. Тут неподалеку растет. Каждый год 23 июня я иду к нему, наламываю веток, плету дубовый венок. На голову Яну пока не надеваю — маленький он еще. Но ставлю его в комнате, чтобы он понимал, что это его праздник", — говорит Олег.
— Пока что идет туго. Нужно больше времени тратить на изучение, а времени нет. Два часа в неделю, конечно, очень мало. Тем не менее, понемногу осваиваюсь. Торопиться некуда.
В Латвии Олегу нравится абсолютно все. И Центр госязыка, бесплатно предоставляющий курсы и оказывающий всяческую поддержку, и сама Рига — на картинах деда и вживую. Приехав туда впервые, он сразу почувствовал себя своим.
— Жена нервничала сначала. Говорила: "Ты же русский. Мало ли как к тебе отнесутся?" А какой я русский? Я же латыш! Настоящий, потомственный латыш! Что может произойти со мной на моей родине?
Всю жизнь его дед, Вольдемар Гофрат, боялся быть латышом. Сначала имея основания, потом уже иррационально. Его внук компенсирует это гордостью за свое происхождение.
— Ты же понимаешь, что там у нас все не совсем так, как ты себе представил?
![Наивные путешественники в Челябинске Наивные путешественники в Челябинске - Sputnik Латвия](https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/336/25/3362507_0:0:1204:677_600x0_80_0_0_281907f394b91c94cd5dd0d007955a12.jpg)
Мы уже выехали из гостиницы, курим возле "Родины" — бывшего кинотеатра, превращенного в зал органной музыки. "Родину" проектировал дед Олега. Масштабное здание с колоннами, лепниной и пышным интерьером.
— Понимаю.
"Родина" — красота неописуемая. Что снаружи, что внутри. Некоторое время назад Олег стал добиваться установки памятной таблички на здании с именем своего деда. Проект утвердили, сделали даже макет. И все заморозилось. У города нет денег, у театра — отчества. Макет таблички пылится в мастерской.
За последние десятилетия "Родина" пережила множество метаморфоз. Ее ломали, пытались уничтожить, потом восстанавливали. В конце концов в нее перевезли орган. Во время нашего визита там репетировал народный артист России органист Владимир Хомяков.
— Это же, наверное, невероятное чувство: ходить по городу, который построил дед. Сколько здесь его зданий?
— Я даже не знаю. Десятки. Много десятков. Или сам проектировал, или курировал строительство.
— И ты все равно готов уехать от всего этого в Латвию?
— Я еще не готов. Уже семья, дети. Нельзя просто сорваться, закинуть рюкзак за плечо и уехать. Но может когда-нибудь все-таки и соберусь.
На это Рождество Олег с семьей приедет в Ригу. Мы уже обменялись контактами. Следующий раз мы обязательно встретимся на нашей территории. У нашей родины.
За "наивным путешествием" Валентина Роженцова, Алексея Стетюхи и Робертса Вицупса можно следить здесь >>