Пятый раз мы отмечаем День Победы во время войны — да, ограниченной, но суть от этого не меняется. Само по себе 9 Мая окончательно превратилось в главный национальный праздник, а его празднование с парадом на Красной площади (пусть и сокращенным, как в этот раз) стало символом нашей уверенности в новой победе. Но какой и над кем? - задается вопросом автор РИА Новости Петр Акопов.
И в советские, и в постсоветские годы победа в Великой Отечественной войне воспринималась всеми (ну или абсолютным большинством) как окончательная, последняя победа. Победа с большой буквы — в самой кровавой, но и последней войне из тех многочисленных, что выпали на долю нашей страны. Никакой другой новой войны быть уже не могло по определению: мы же сверхдержава и у нас есть ядерное оружие, никто не посмеет напасть на нас, а мы сами никого завоевывать не собираемся. Распад СССР привел к локальным войнам между республиками и внутри них, в том числе в границах Российской Федерации (две чеченские), но все равно в России не ощущалась угроза новой настоящей, большой войны. Поэтому и победа оставалась только одна — та самая, в мае 1945-го. Сейчас за четыре года все изменилось: победа — уже не только категория прошлого, но и условие наступления будущего. Именно так, ничуть не меньше.
Без новой победы России не будет, но кого и как мы должны победить? Украину? Но ведь это часть нас самих, случайно отколовшаяся и трагически заблудшая, доведенная как собственными элитами, так и западными игроками до состояния анти-России и тотального конфликта и войны с нами. Гражданской по своей сути, но и продолжения многовекового конфликта Запада и России. Победить Украину, то есть положить конец внутреннему расколу и разделению, мы могли бы относительно быстро и малой кровью, на что и была нацелена спецоперация, начавшаяся 24 февраля 2022-го, но конфликт быстро перерос в прокси-войну с Западом. Да, руками наших же русско-украинских собратьев с территории Украины, но теперь это уже война с Западом за русские земли, за будущее всей большой России, а не только ее западной части под названием Украина. Значит, мы должны победить и в этой войне? Даже в первую очередь в этой войне, потому что, пока Запад не отступится от Украины, ожидать падения Незалежной не приходится?
То есть наша новая победа — это в первую очередь победа не на поле боя на земле Украины (где русские убивают русских), а победа в конфликте с Западом, в основном с Европой, которая все еще хочет удержать Украину в своей орбите? Нужно принудить, заставить Европу отступиться от Украины, прекратить военную и финансовую помощь ей, после чего Украина примет наши условия мирного соглашения, станет вначале нейтральным государством, а потом и вернется в орбиту России — это и будет нашей победой.
Но как достичь ее, причем не в далеком будущем, а в обозримое, близкое время? Пригрозить ударами по странам НАТО, поставляющим оружие на Украину? Мы это уже сделали, но европейцы пока что не верят в то, что мы пойдем на такую серьезную эскалацию конфликта. Русские не будут рисковать ядерной войной ради Украины, говорят и себе, и нам атлантисты.
Но что если поставить вопрос по-другому: готовы ли русские рисковать ядерной войной ради России? Конечно, скажут европейцы, вот поэтому мы сами и не атакуем Россию, а лишь пугаем свои народы тем, что русские могут после Украины напасть на страны ЕС и НАТО. Однако проблема Европы в том, что Россия воспринимает Украину как часть себя, а европейцев, поставляющих Киеву оружие и деньги и не скрывающих своего желания ввести войска на Украину сразу же после заключения перемирия (что само по себе делает его в принципе невозможным), как оккупантов и агрессоров. Причем не просто мешающих закончить братоубийственную войну, а заинтересованных в ее максимальном затягивании.
Отношения жителей России и Украины неизбежно восстановятся, как и осознание ими себя как единого народа, а вот изменить отношение русских к европейцам уже не получится. И дело тут не только в псах-рыцарях, Наполеоне или Гитлере, а в нынешней неуемной и слепой жадности Европы, посчитавшей, что наконец-то сможет передвинуть свою восточную границу.
Продолжая надеяться на то, что Россия отступит и уступит им Украину, европейцы совершают самую большую ошибку в своей послевоенной истории и рискуют реально спровоцировать русских на применение силы. Победа в любом случае будет за нами — и не от нас зависит, какую цену заплатит проигравший, позарившийся на чужое.