Washington Post: сможет ли Латвия избавиться от "грязных" денег

Латвийские законы по борьбе с отмыванием денег достаточно хороши - проблема в исполнителях, которые могут сами быть замешаны в нарушениях, считают эксперты
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

РИГА, 1 июн — Sputnik. Что может помешать Латвии в борьбе с отмыванием денег и куда уйдут сомнительные капиталы, разбирается  Washington Post.

Слабое звено

Когда США в прошлом году ввели санкции против КНДР, государственные банки Северной Кореи нашли тихую лазейку для того, чтобы продолжать финансировать свою ядерную программу, утверждают власти США — это была Латвия.

По мере того, как США и ЕС все больше полагались на экономические санкции как оружие в дипломатических стычках не только с КНДР, но также с Россией и Сирией, стало понятно, что Латвия может быть слабым звеном западной банковской системы. теперь, после серии обвинений в коррупции, Латвия пытается умилостивить своих европейских и американских союзников в помощью радикальных реформ банковского сектора.

Кучинскис: Латвия не станет мостом между Востоком и Западом
Премьер-министр Латвии Марис Кучинскис в недавнем интервью The Associated Press заявил, что Латвия "не может себе позволить бесконтрольный поток денег из стран, которые должны подвергаться постоянному мониторингу из-за риска вмешательства или влияния".

Кучинскис рассказал, что правительство Латвии подверглось жесткому давлению после публикации доклада Минфина США по банку ABLV в феврале. ABLV был ликвидирован неделю спустя. На той же неделе глава Банка Латвии Илмарс Римшевичс был обвинен в коррупции, а спецслужбы начали расследование его связей с Россией.

В апреле Сейм Латвии одобрил запрет на компании-пустышки, также в стране намерены уменьшить количество иностранных вкладов в банках с нынешних 40% до 5% до конца этого года.

В 2015 году вклады иностранных граждан в Латвийских банках составляли более 12 млрд евро, примерно половину всей экономики страны. К концу 2017 года эти депозиты сократились до 8 млрд евро и, вероятно, сократятся далее. Примерно половина этих вкладов принадлежит компаниям-пустышкам, которых, по подсчетам регуляторов, более 26 тысяч. Деньги, которые только проходят через латвийские банки, не задерживаясь в них, в этой статистике не учитываются.

Все дело в исполнителях

Финансовые эксперты с осторожностью оценивают шансы Латвии на успешное реформирование банковского сектора. Эрикс Селга, исследователь Института изучения международной политики, говорит, что эти реформы — самые радикальные за всю историю Латвии — за пару месяцев покончили с ее ролью регионального финансового центра.

"Наши данные показывают, что такие реформы не работают, — говорит Селга. — У нас одни из лучших в Европе, если не в мире, законов по борьбе с отмыванием денег. Весь вопрос в правоохранительных органах".

Тотальный беспредел: клиенты-нерезиденты банков Латвии делятся историями
Согласно данным Европола, власти Латвии расследуют только 1% сведений о подозрительных финансовых операциях, по сравнению с 10% в среднем по ЕС.

Этот скептицизм разделяет Григорий Гусельников, владелец банка Norvik, в котором размешено много вкладов нерезидентов. По его словам, зрапрещать компании-пустышки — все равно что запирать машину в гараже, чтобы доказать свой безопасный стиль вождения.

Он также отмечает, что проблема Латвии — в том, что ее законы не исполняются, в том числе по вине властей (Гусельников ранее обвинил Римшевичса в коррупции). По его словам, отмывание денег в таком объеме, который имел место в Латвии за последние годы, "невозможно без участия регуляторов".

Еще одно препятствие на пути Латвии к очищению — то, что чиновник, ответственный за отчет перед США по борьбе с финансовыми преступлениями, сам в свое время работал на банки, замешанные в отмывании денег.

Bloomberg: почему банк ABLV не похож на банк Parex
Специальный представитель Комиссии рынка финансов и капитала (КРФК) в США Арнис Лагдзиньш работал в банке Parex до его краха в 2008, а затем — в литовском банке Ukio до его банкротства в 2013 году. В обоих случаях он был ответственным за то, чтобы банк не нарушал законы по борьбе с отмывание денег.

После банкротства банка Parex аудит обнаружил, что банк давал огромные кредиты гражданам России без всякого обеспечения. Банк Ukio упоминался в так называемом "панамском досье". Вскоре после банкротства Ukio Лагдзиньш был назначен представителем КРФК в Вашингтоне.

КРФК и сам Лагдзиньш, в адрес которого не было выдвинуто никаких обвинений, от комментариев отказались.

Минфин США и Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в этом году приедут в Латвии, чтобы оценить ее успехи в борьбе с отмыванием денег. Однако есть риск, что пока Латвия очищает свои банки, "грязные деньги" переместятся в другое место. То того, как Латвия оказалась в центре внимания, эксперты считали главным убежищем сомнительных капиталов, особенно российского происхождения, Кипр.

Отмыванием денег занимается и Мальта, еще одна маленькая страна с большим рынком финансовых услуг для иностранцев. Хотя у Мальты нет исторических связей с Россией, как у Латвии, она предоставляет гражданство в обмен на инвестиции в 650 тысяч евро, и в прошлом году в списке новых граждан было много русских и арабских фамилий. В октябре прошлого года была убита мальтийская журналистка Дафна Каруана Гализия, расследовавшая отмывание денег в стране.