https://lv.sputniknews.ru/20260105/nyurnbergskiy-protsess-finansovyy-charodey-gitlera-31858197.html
Нюрнбергский процесс: "финансовый чародей" Гитлера
Нюрнбергский процесс: "финансовый чародей" Гитлера
Sputnik Латвия
Ялмар Горацио Грили Шахт являлся одним из главных организаторов действенного функционирования военной экономики гитлеровской Германии, и потому он совершенно... 05.01.2026, Sputnik Латвия
2026-01-05T11:43+0200
2026-01-05T11:43+0200
2026-01-05T11:43+0200
колумнисты
эксперты sputnik латвия
нюрнбергский трибунал
суд
фашизм
нацизм
вторая мировая война
великая отечественная война
https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/07e9/0c/1a/31860659_0:102:1280:822_1920x0_80_0_0_b62403ccade27726cdf9433cb9dcb627.jpg
Ялмар Горацио Грили Шахт являлся одним из главных организаторов действенного функционирования военной экономики гитлеровской Германии, и потому он совершенно обоснованно оказался на скамье подсудимых в Нюрнберге.Про подобных с виду безобидных старичков обычно говорят - мухи не обидит. Но стараниями и трудами именно таких заслуженных деятелей обычно ведутся кровопролитные войны и производятся страшные разрушения. Изворотливый, хитрый, чертовски умный. За совокупность всех этих качеств он получил прозвище "финансового чародея".Родители Ялмара Шахта происходили из германской провинции Шлезвиг-Гольштейн, которая в настоящее время относится к Дании. Его мать была датской баронессой, вышедшей замуж за обычного немецкого учителя. В поисках новой жизни молодожены уехали в США и прожили там несколько лет. По-настоящему там обосноваться они так и не смогли, а потому в 1876 году со старшими детьми, родившимися в Америке, семейство Шахтов вернулось в Германию. Вскоре на свет появился Ялмар. Два других имени его отец дал сыну в честь известного в то время нью-йоркского журналиста Гораса Грили, который тогда был чрезвычайно популярен и даже баллотировался в президенты США.Учился молодой Шахт в лучших учебных заведениях, получая весьма разностороннее образование. В Кильском университете он постигал медицину, в Берлинском знакомился с немецкой филологией, в Мюнхенском университете изучал политэкономию. Также учился в Лейпциге и в Париже. Процесс обучения не только наполнял его голову полезными знаниями, но еще сильнее оттачивал и без того острый от природы ум. Главное же заключалось в том, что Ялмар обзаводился нужными связями в кругах блистательной финансовой элиты, что немало пригодилось ему в дальнейшем.По окончании учебы в 1903 году он принят был на службу в Дрезденский банк, которым владел толковый еврейский финансист Герберт Гутман. Способного молодого человека заметили, и уже в 1908 году Ялмар Шахт становится заместителем директора, а также другом семьи банкира Гутмана.Когда началась Первая мировая война, из-за сильной близорукости Шахта в армию не взяли. Он служил в экономическом управлении германских оккупационных властей в Бельгии, а в 1916 году возглавил частный Немецкий национальный банк, став со временем его совладельцем. Карьера двигалась как по маслу.В 1918 году войну Германия проиграла, и на руинах кайзеровской империи возникла Веймарская республика. Послевоенное время было трудным. И это самое малое, что можно было заметить по этому поводу. Миллионы погибших и калек. Разрушенные семьи, сломанные людские судьбы. Жесточайший экономический кризис и обязательная необходимость выплачивать непомерные репарации победителям.В 1923 году гиперинфляция достигала просто немыслимых пределов. В течение дня цены возрастали многократно, и зарплату служащим платили ежедневно, в первой половине дня, после чего люди бежали в магазины, чтобы успеть хоть что-то купить, пока их деньги не превратились в мусор. Тогда килограмм сливочного масла стоил примерно шесть тысяч миллионов марок, за буханку хлеба просили всего лишь 428 миллионов. В ноябре 1923 года за один американский доллар валютные спекулянты требовали немыслимые 4 миллиона 200 тысяч миллионов марок. Деньги собирались в толстенные пачки. Свежие банкноты печатались круглосуточно, однако их все равно не хватало.В этих условиях о политической стабильности в государстве можно было лишь грезить. Германия оказалась повержена и унижена до крайности. Немцы мечтали о реванше. Радикально настроенные германские патриоты готовы были пойти за любым сильным лидером, способным вывести их страну из безысходного тупика. Именно таким национальным лидером, хотя и не сразу, стал для немцев мало кому до поры известный ефрейтор австрийского происхождения Адольф Гитлер. Но время его пришло не сразу. В ноябре 1923 года сторонники будущего фюрера германской нации попытались устроить в Мюнхене свой знаменитый Пивной путч, закончившийся тогда провалом. Но не это было самым пугающим. Власти всерьез опасались, что затянувшийся экономический кризис и возраставшее социальное напряжение приведут Германию к "революции красной", по образцу и подобию случившейся в России, в результате которой в стране победили большевики. Подобной судьбы для себя руководители Веймарской республики совсем не хотели.К этому времени преуспевающий финансист Ялмар Шахт уже почувствовал вкус к политике и даже стал одним из основателей Немецкой демократической партии. В качестве видного деятеля, постоянно участвовавшего в дискуссиях по экономическим вопросам, он получил определенную известность в высокопоставленных политических кругах.Когда галопирующая инфляция достигла совершенно невозможных пределов, банкира Ялмара Шахта пригласил к себе президент Германии социал-демократ Фридрих Эберт, предложив ему взять на себя управление государственными финансами. Ялмар Шахт согласился и получил должность финансового комиссара с почти неограниченными полномочиями. С этого момента ни одно правительственное решение, связанное с экономикой, не имело законной силы без утверждения подписью Шахта.Известно, что еще до этого ответственного назначения Шахт побывал в Лондоне, где встречался с руководителем Английского банка Монтегю Норманом, своим старым добрым знакомым. Немецкий финансист считал, что самая надежная валюта должна быть привязана к товару, имеющему высокий международный спрос независимо от действий правительств и экономической конъюнктуры. И таким надежным товаром, по его мнению, бесспорно, являлось золото. Он обратился к Норману с просьбой выделить средства, которые пойдут на стабилизацию марки, без которой экономика Германии не способна будет выплачивать победителям репарации. Высказался он убедительно, кредит ему обещали.Опираясь на имевшиеся у него предварительные договоренности с английскими финансистами и получив специальные полномочия, Шахт немедленно приступил к делу. Уже через три дня после своего назначения он создает 15 ноября 1923 года особый Рентный банк, который начинает выпускать так называемую рентную марку, ставшую официально признанным платежным средством и надежно обеспеченную недвижимостью и землей. Своим крепким словом Шахт гарантировал ее будущее, и немцы ему поверили. Эмиссия этой новой марки строго ограничивалась, курс ее был жестко зафиксирован. Одну рентную марку приравняли к триллиону марок прежних. Как и обещали, англичане через какое-то время предоставили стабилизационный кредит в размере 800 миллионов золотых марок, что и позволило заменить рентную марку на стабильную валюту, имевшую надежный золотой стандарт.В декабре Ялмар Шахт стал президентом Рейхсбанка, после чего кредитная политика данного учреждения сильно изменилась. Теперь кредиты выдавались прежде всего экспортерам. Предприятия массово разорялись, но в целом финансовая система стабилизировалась, гиперинфляция угасла. Заработала экономика, стабильная германская валюта позволила осуществлять успешную торговлю с зарубежными странами. Германия стала выползать из кризиса, и уже к 1927 году уровень производства не только достиг довоенных показателей, но даже начал их превышать. С тех пор благодарные немцы и стали называть Шахта "чародеем".Следует понимать, что британская помощь ни в коей мере не являлась проявлением "благочестия и человеколюбия". От Германии ожидали своевременных и регулярных выплат положенных репараций, а потому ее экономика должна была работать эффективно и с пользой. Чтобы германская корова давала "много жирного молока", она должна была содержаться в полном порядке. Рачительные хозяева англичане это прекрасно понимали. Никакого мягкосердечия, но исключительно коммерческая выгода.Лишь только немецкая экономика стала становиться на ноги, вопрос о своевременной выплате репараций снова стал актуален. В Париже в 1929 году состоялась конференция, на которой обсуждалась проблема положенных выплат странам-победительницам.Шахт, возглавлявший германскую делегацию, пытался договориться о снисхождении к немцам, и ему это отчасти удалось. Западные партнеры пошли на некоторые уступки. Согласно новым условиям, в пересчете на американские доллары вместо прежних 15 миллиардов от Германии теперь требовалось уплатить всего лишь восемь миллиардов в течение долгих 58 лет. В марте 1930 года немецкий парламент безропотно принял этот план по долгосрочным выплатам репараций, что вызвало крайнее возмущение и недовольство у населения. При этом сам Шахт "сохранил лицо", демонстративно, как бы в знак протеста, покинув пост главы Рейхсбанка. В глазах патриотически настроенной общественности он остался не только финансовым спасителем страны, но и достойным немцем, крепко пекущимся о чести фатерлянда.Придет время, и Шахт произнесет свою знаменитую фразу: "Я хотел видеть Германию великой и сильной, и ради этого готов был объединиться даже с дьяволом". По сути, это и произошло, а в роли инфернального посланника здесь выступил Адольф Гитлер.Финансист Шахт с большим интересом прочел его книгу "Майн кампф", в которой обнаружил идеи и мысли, которые находили у него немалый отклик. Внимательно следил он и за набиравшей популярность национал-социалистической партией - NSDAP. Логика личного восприятия сложившейся в Германии внутриполитической ситуации привела Шахта к прямому сотрудничеству с нацистами. Можно сказать, что они благополучно нашли друг друга.На обеде, устроенном его другом, банкиром фон Штраусом, Ялмар Шахт познакомился с Германом Герингом, бывшим военным авиатором, который к тому времени уже играл одну из ведущих ролей в нацистском движении. В свою очередь, Геринг пригласил Шахта без всяких церемоний отобедать у себя. Эта знаковая трапеза состоялась в январе 1931 года, и во время нее прошло первое приватное общение Шахта с Гитлером, который произвел на финансиста самое благоприятное впечатление. По его мнению, именно такой человек, как Гитлер, был необходим Германии, чтобы вновь сделать ее могущественной и сильной. Участие в переговорах с западными державами убедило его, что даже экономически развитая страна не сможет надежно оберегать свои интересы на международном уровне, не имея за собой серьезной военной мощи.В силу этого мнения Шахт начал всячески популяризировать личность Гитлера среди хорошо знакомых ему политиков, финансистов, а также серьезных деловых людей. Благодаря ему такие воротилы германской экономики, как Тиссен, Крупп и другие влиятельные персоны, встали на сторону национал-социалистической партии.Для Гитлера это был чрезвычайно важный момент, суливший ему благие перемены в судьбе. Геббельс отмечает в своих дневниках, что во второй половине 1932 года, когда нацисты дважды подряд потерпели унизительное поражение на парламентских выборах, Гитлер потерял веру в себя и, находясь в глубочайшей депрессии, даже подумывал о самоубийстве. Знакомство с известным финансистом Шахтом придало ему сил, буквально окрылило его. Именно тогда Шахт написал тогдашнему политическому лузеру и неудачнику свое письмо со словами одобрения и поддержки: "В эти дни вам могут помочь несколько слов самой искренней симпатии. Ваше движение руководствуется такой внутренней правдой и необходимостью, что победа в той или иной форме надолго не сможет от вас ускользнуть... Куда бы моя деятельность ни привела меня в ближайшем будущем, даже если вы меня когда-нибудь увидите в крепости, вы всегда можете надеяться на меня как на надежного помощника". После этого письма Гитлер о самоубийстве более не помышлял.В ноябре 1932 года Шахт подготовил коллективное письмо от крупнейших германских промышленников на имя президента Пауля фон Гинденбурга. В нем настоятельно рекомендовалось назначить Адольфа Гитлера рейхсканцлером.Геббельс 21 ноября 1932 года отметил в своем дневнике: "В беседе с доктором Шахтом я убедился, что он полностью отражает нашу точку зрения. Он один из немногих, кто полностью согласен с позицией фюрера". Перед парламентскими выборами Шахт организовал особое совещание видных промышленников, в ходе которого им был учрежден денежный фонд в три миллиона марок для нужд NSDAP.Столь полезный и преданный лично ему человек, безусловно, был необходим Гитлеру. Пользуясь своими связями, Шахт не только "вводил нацистов в салоны", он добивался для них доверия и финансов, обеспечивал их контакты на самом высоком уровне и в лондонском Сити, и на нью-йоркской Уолл-стрит.Сразу же после того, как 5 марта 1933 года нацисты выиграли парламентские выборы, Гитлер назначил Ялмара Шахта президентом Рейхсбанка. В августе 1934 года он стал также министром экономики.К 1933 году уже в новой, стабильной германской валюте сумма иностранной задолженности Германии составляла примерно 19 миллиардов марок, а вместе с иностранным капиталом, вложенным в немецкую промышленность, она доходила до 23,3 миллиарда. Шахт сумел добиться не только прекращения уплаты этого колоссального долга, но и обретения новых займов. Он совершает деловую поездку в США, где встречается с президентом, министрами, финансовыми лидерами Уолл-стрит. Добивается от них получения новых займов. В Лондоне Шахт подписывает соглашение, согласно которому Германия получает от Англии заем на сумму в почти миллиард фунтов стерлингов. Ему удается добиться сокращения, а затем и прекращения платежей по прежним займам.Экономическая ситуация в Германии на тот момент была сложной. Охватившая страны Запада Великая депрессия лишила немецкие товары налаженных к тому времени рынков сбыта. Многочисленные банкротства привели к появлению на немецких улицах шести миллионов безработных, все страшились наката новой волны гиперинфляции.В сентябре 1934 года Шахт представил к исполнению торговый порядок, который сводился к тому, чтобы поставить внешнюю торговлю под абсолютный государственный контроль. Отныне особые контролирующие службы бдительно следили за тем, чтобы из страны не вывозились товары стратегического назначения. Возить следовало лишь самое необходимое, чего нельзя было производить самостоятельно.В мае 1935 года фюрер назначил Ялмара Шахта на должность генерального уполномоченного по вопросам военной экономики. Ему поручается безотлагательно начать "экономическую подготовку к войне". С этого момента он являлся полновластным "экономическим диктатором" Германии.Планируемое Гитлером перевооружение армии и возрождение военно-морского флота помогало унять безработицу, создавая рабочие места. Увеличение внутреннего потребления выводило германскую экономику из кризиса. Шахт собирался через необеспеченное кредитование вдохновить немецкое производство, при этом удерживая инфляцию с помощью государственного контроля за ростом цен и заработной платы. Со временем, когда экономика станет обеспечивать прибыль через успешный экспорт, появится возможность рассчитаться со всеми долгами. Это была тонкая и рискованная игра, но талантливый финансист Шахт справился.Предметом его особой гордости могла служить гигантская афера с МЕФО, при помощи которой на вооружение германской армии было дополнительно добыто сверх бюджетных ассигнований не менее 12 миллиардов марок. Под непосредственным патронажем Шахта создали компанию с ограниченной ответственностью Metallurgische Forschungsgesellschaft (МЕФО). Не располагая никакими капиталами, являясь по существу фиктивной организацией, МЕФО, однако, вела успешные дела с многочисленными фирмами, связанными с военным производством. Счета на вооружение оплачивались долгосрочными "МЕФО-векселями", принимавшимися к оплате всеми германскими банками, поскольку они гарантировались Рейхсбанком. Это позволяло неформально финансировать военную промышленность через скрытое вздувание национального долга.Всего этих векселей выдано было на 12 миллиардов марок. Такая масса находившихся в обращении, но не имевших реального покрытия ценных бумаг грозила настоящей финансовой катастрофой. Если бы частные банки представили "МЕФО-векселя" к оплате, то Рейхсбанк стал бы полным банкротом. Срок уплаты государством по этим векселям наступал в 1942 году. Но к этому времени Шахт мог рассчитывать, что военные достижения вермахта помогут покрыть все издержки за счет ресурсов оккупированных Германией стран.Была установлена система особых лицензий для регулирования импорта. Иностранная валюта использовалась исключительно для приобретения стратегического сырья. Для покрытия расходов на финансирование будущей войны использовались даже средства иностранцев, хранившиеся на счетах в Рейхсбанке.Шахт докладывал Гитлеру, что успешное проведение программы вооружений "является основной проблемой немецкой политики, и потому все остальное должно быть подчинено только этой цели".Гитлер высоко ценил достижения президента Рейхсбанка. Он подарил ему свой большой портрет с трогательной надписью: "Моему любимому Шахту за большие заслуги. Берлин, 23 мая 1936 года, Адольф Гитлер".Таким образом, Ялмар Шахт сыграл значительную роль в создании и организации военной экономики и вооруженных сил нацистской Германии. Именно он тщательно разработал систему использования в период войны сырьевых ресурсов, рабочей силы и даже оптимального распределения 80 миллионов продовольственных карточек. Под его непосредственным руководством реализовывались планы по производству важнейших видов военных материалов и строительству многочисленных военных заводов.Так что вполне заслуженно услышал он в день своего 60-летия от военного министра фон Бломберга: "Без вашей помощи, мой дорогой господин Шахт, у нас не было бы вооружения".Позднее, уже во время Нюрнбергского трибунала, подсудимый Ялмар Шахт откровенно заявил в свое оправдание: "Я должен сказать, что когда началось вооружение Германии, то другие страны не предприняли ничего против этого. Нарушение Версальского договора Германией было воспринято совершенно спокойно... В Германию были посланы военные миссии, чтобы наблюдать за процессом вооружения, посещались военные заводы Германии. Делалось все, но только не для того, чтобы воспрепятствовать вооружению".Во время трибунала Шахт благоразумно не стал распространяться о том, что западные страны своими действиями (и своим фактическим бездействием) прямо способствовали превращению гитлеровской Германии в зверино-опасный очаг новой войны, беззастенчиво провоцируя и подталкивая Гитлера начать агрессию против Советского Союза.Как позднее установила комиссия сената США, американские финансовые вложения в немецкую экономику, не считая займов, достигали миллиарда долларов. Американские концерны даже после начала Второй мировой долго сохраняли коммерческие связи с германскими химическими предприятиями. Без их помощи немцы не смогли бы производить в столь больших количествах стратегические материалы, без которых Гитлер не имел бы возможности вести боевые действия: алюминий, магний, искусственный каучук, синтетический бензин и так далее.Ялмар Шахт непременно старался проявлять свою преданность фюреру и его идеям, хотя в нацистскую партию он так и не вступил. В благодарность за успешную деятельность Гитлер вручил Шахту золотой значок почетного члена NSDAP.Проявление показательной лояльности принимало порой гротескные формы. Так, на один из проходивших в рейхсканцелярии официальных приемов Шахт прибыл со своей женой, роскошное платье которой было украшено огромной, усыпанной бриллиантами свастикой.При этом следует признать, что после драматической Хрустальной ночи, во время которой по всей Германии прокатились еврейские погромы, он высказал мнение о том, что будущие поколения немцев станут стыдиться этого деяния. Шахт предложил свой бизнес-проект по организации спасения немецких евреев путем их вывоза за пределы Германии. Предусматривалось создание специального международного фонда с привлечением еврейского капитала. Проект этот, однако, реализован не был.Германия активно готовилась к грядущей глобальной войне за мировое господство. Выступая на партийном съезде в Нюрнберге 9 сентября 1936 года, Гитлер заявил, что собирается сделать страну совершенно независимой от других. Был составлен четырехлетний план, в ходе исполнения которого Германия должна была обеспечить свою полную самостоятельность от внешних поставок. Ответственным руководителем управления по четырехлетнему плану назначался Герман Геринг. Так у "экономического диктатора" Ялмара Шахта появился равноправный сильный конкурент.Основной задачей промышленного производства стало обеспечение искусственных заменителей важного стратегического сырья. Спешно возводились новые химические заводы по производству искусственного каучука и синтетического горючего для двигателей. Вопреки прямой экономической выгоде, Геринг требовал обеспечивать военное производство, опираясь прежде всего на свои германские ресурсы. Так, вместо качественной и дешевой руды из Швецииметаллургические предприятия обязывали использовать исключительно немецкую руду, хотя это и обходилось дороже.Признавая высокие успехи экономического развития, достигнутые в те годы в СССР, германские газеты превозносили гитлеровский четырехлетний план как "величайшее экономическое усилие военного характера, предпринятое за пределами России".Рассказывали, что однажды, когда Шахт попытался оспаривать решения Геринга, доказывая свою правоту при помощи показателей и цифр, дюжий Геринг просто треснул кулаком по столу, громогласно заявив при этом: "Если фюрер скажет мне, что дважды два означает пять, то, значит, будет пять!"Конечно, глубоко задетый Шахт пытался искать сочувствия у Гитлера, однако тот лишь отмахнулся. Никаких возражений своим замыслам он не принимал, заявив: "Если частные компании не справятся с четырехлетним планом, государство возьмет их под свой контроль".Шахт покинул свои посты в ноябре 1937 года, сохранив за собой лишь должность министра без портфеля с окладом в 50 тысяч марок в год. Вместо него министром экономики стал Вильгельм Функ. Потом Шахт еще вернулся на пост руководителя Рейхсбанка, однако прежнее безоговорочное влияние он утратил совершенно.Набрав военную силу, нацистская Германия приступила к борьбе за "жизненное пространство" и до поры действовала весьма успешно, пользуясь прямым попустительством со стороны западных держав. Аннексия Австрии, присоединение Судетской области и последующее взятие под контроль всей Чехословакии, 1 сентября 1939 года – вторжение в Польшу. Вторая мировая война разгоралась постепенно, но неотвратимо.Ялмар Шахт открыто выражает свое несогласие с проводимым курсом, говоря о том, что это грозит развалом финансовой системы страны. Еще до начала войны он при встречах с представителями западных стран затевал двусмысленные разговоры, неизменно намекая на свое категорическое несогласие с политикой фюрера.Он осудил нападение на Польшу, негативно высказался о войне с СССР, говоря о том, что Германия неминуемо проиграет исключительно по экономическим причинам. Он даже направил Гитлеру 30 ноября 1941 года достаточно резкое критическое письмо.Что это было - диссидентство прозревшего правдолюбца? Или же тонкая политика изворотливого дельца, играющего двойную игру? Не готовил ли хитроумный пройдоха Шахт себе заранее спасательный плот, на котором он мог бы уцелеть в случае падения нацистского режима как "явный и открытый" его противник? Ведь Германии с ее сателлитами противостояли объединенные силы западных держав, состоявших в коалиции с Советским Союзом. Шансы на победу в этой борьбе у Гитлера были весьма призрачны, и опытный, прозорливый экономист Шахт прекрасно это осознавал.Относительно главного гитлеровского финансиста во время Нюрнбергского процесса советский обвинитель Роман Руденко заявил в своей заключительной речи: "Шахт пытался в разные периоды своей деятельности подчеркнуть свои все будто бы обострявшиеся разногласия с гитлеровским режимом. На самом деле Шахт проводил двойную игру, предохраняя себя от ответственности за преступную политику зарвавшегося гитлеровского правительства заигрыванием с людьми, стремившимися к свержению гитлеровского режима, и в то же время сохраняя на всякий случай свою лояльность к этому режиму".В январе 1942 года Ялмар Шахт вышел на пенсию и государственных постов более не занимал. Проживая частной жизнью мирного обывателя, он неизменно демонстрировал свою внешнюю оппозиционность. Одевался по старорежимной "кайзеровской" моде, используя стоячий хорошо накрахмаленный воротничок. Открыто посещал священника, хотя это не одобрялось нацистами. В разговоре мог позволить себе критические высказывания в отношении происходящего в стране. До поры все это сходило ему с рук.В июле 1944 года состоялось известное покушение в ставке фюрера немецкой нации, окончившееся провалом. Гитлеру удалось уцелеть. Против участников заговора и всех тех, кого подозревали в сочувствии к ним, развернулись жестокие репрессии. Многие были казнены, тех, кому повезло больше, сажали в концлагеря. Среди прочих был арестован и Ялмар Шахт. Он содержался в концлагере Равенсбрюк, во Флоссенбюрге, в Дахау.В мае 1945 года его из лагеря освободили союзники, однако вскоре он был снова арестован американцами и предстал перед Нюрнбергским трибуналом.На суде Шахту было предъявлено следующее обвинение: "Он способствовал приходу к власти нацистских заговорщиков и укреплению их власти над Германией, что указано в пункте первом обвинительного заключения; он способствовал подготовке войны, указанной в пункте первом обвинительного заключения; он участвовал в выработке военных и экономических планов и в подготовке нацистскими заговорщиками агрессивных войн и войн, нарушающих международные договоры, соглашения и заверения, что указано в пунктах первом и втором обвинительного заключения".Держался Шахт предельно спокойно и уверенно, отчетливо демонстрируя, что он не имеет ничего общего со всеми злодеями и убийцами, что занимали рядом с ним место на скамье подсудимых. Очевидец вспоминал: "Он все чаще и все настойчивее выражал свое возмущение тем, что его усадили на одну скамью “с этими выродками”. Шахт демонстративно не разговаривал с Герингом, этим "убийцей и вором". Он с презрением отворачивается от "палача с юридическим дипломом" Кальтенбруннера. Он не желал иметь никаких дел с "выскочкой и карьеристом" Риббентропом. Похожий в профиль на голодного коршуна, худой и бледный, доктор Шахт в стоячем дедовском накрахмаленном воротничке с подчеркнутой брезгливостью старался не прикасаться к Штрейхеру - этому полусумасшедшему издателю погромного листка "Штюрмер", человеку, имя которого ассоциируется с убийством шести миллионов евреев".Высокопарные разглагольствования Шахта о том, что он не только не помогал нацистам, но, напротив, стремился вредить им, привели к тому, что Геринг не выдержал и буквально возопил: "Только послушайте, как он лжет!"В беседе с тюремным врачом Шахт сказал предельно откровенно: "Заверяю вас, что если я не буду оправдан, то это станет позором для трибунала и международного правосудия".Мы не знаем, что именно произошло в совещательной комнате судей, какие аргументы выдвигались за и против оправдания подсудимых. Эта тайна оберегалась законом.В начале 1947 года Ялмар Шахт был все же арестован и осужден за свою деятельность. Суд новой Германии приговорил его в рамках процесса денацификации "за участие в создании и деятельности национал-социалистского государства насилия, принесшего бедствия многим миллионам людей в Германии и во всем мире", к восьми годам тюремного заключения, однако уже в сентябре следующего года он был выпущен на свободу.В дальнейшем Шахт вел достаточно содержательную жизнь, занимался финансовой деятельностью, совершая деловые поездки, много путешествовал по миру. Окончательно он отошел от дел в апреле 1963 года, в возрасте 86 лет. Умер 3 июня 1970 года в Мюнхене.
https://lv.sputniknews.ru/20251120/perezhivshaya-voynu-latviyka-nyurnbergskiy-protsess-byl-neobkhodim-31546272.html
https://lv.sputniknews.ru/20251105/nyurnbergskiy-protsess-palach-shramami-mechennyy-31432891.html
https://lv.sputniknews.ru/20251229/nyurnbergskiy-protsess-antisemit-nomer-odin-i-poklonnik-pornografii-31836578.html
https://lv.sputniknews.ru/20251215/nyurnbergskiy-protsess-rasist-filosof-latyshskogo-proiskhozhdeniya-31759134.html
https://lv.sputniknews.ru/20251218/nyurnbergskiy-protsess-natsist-pravozaschitnik-gans-frank-31786526.html
https://lv.sputniknews.ru/20251224/nyurnbergskiy-protsess-vernyy-byk-gitlera-vilgelm-frik-31834569.html
https://lv.sputniknews.ru/20251009/nyurnbergskiy-protsess-feldmarshal-podpisavshiy-kapitulyatsiyu-31243795.html
https://lv.sputniknews.ru/20250814/nyurnbergskiy-protsess-kto-otravil-geringa-30852958.html
https://lv.sputniknews.ru/20250827/nyurnbergskiy-protsess-rudolf-gess---chelovek-vospitavshiy-gitlera-30952604.html
https://lv.sputniknews.ru/20251006/nyurnbergskiy-protsess-idealist-alkogolik-sulivshiy-silu-cherez-radost-31216637.html
https://lv.sputniknews.ru/20250801/nyurnbergskiy-protsess-istoricheskiy-pretsedent-30779974.html
https://lv.sputniknews.ru/20250729/nyurnbergskiy-protsess-pochemu-tribunal-mog-ne-sostoyatsya-30761956.html
https://lv.sputniknews.ru/20250811/nyurnbergskiy-protsess-bolshe-400-zasedaniy-i-100-tysyach-dokumentov-30831697.html
https://lv.sputniknews.ru/20250723/nyurnbergskiy-protsess-zabytye-uroki-istorii-30727142.html
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
2026
Игорь Гусев
https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/440/49/4404900_214:0:888:673_100x100_80_0_0_7006182695e7f213fe68d2ae94c9565d.jpg
Игорь Гусев
https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/440/49/4404900_214:0:888:673_100x100_80_0_0_7006182695e7f213fe68d2ae94c9565d.jpg
Новости
ru_LV
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Sputnik Латвия
media@sputniknews.com
+74956456601
MIA „Rossiya Segodnya“
Игорь Гусев
https://cdnq1.img.sputniknewslv.com/img/440/49/4404900_214:0:888:673_100x100_80_0_0_7006182695e7f213fe68d2ae94c9565d.jpg
колумнисты, эксперты sputnik латвия, нюрнбергский трибунал, суд, фашизм, нацизм, вторая мировая война, великая отечественная война
колумнисты, эксперты sputnik латвия, нюрнбергский трибунал, суд, фашизм, нацизм, вторая мировая война, великая отечественная война
Ялмар Горацио Грили Шахт являлся одним из главных организаторов действенного функционирования военной экономики гитлеровской Германии, и потому он совершенно обоснованно оказался на скамье подсудимых в Нюрнберге.
Про подобных с виду безобидных старичков обычно говорят - мухи не обидит. Но стараниями и трудами именно таких заслуженных деятелей обычно ведутся кровопролитные войны и производятся страшные разрушения. Изворотливый, хитрый, чертовски умный. За совокупность всех этих качеств он получил прозвище "финансового чародея".
Родители Ялмара Шахта происходили из германской провинции Шлезвиг-Гольштейн, которая в настоящее время относится к Дании. Его мать была датской баронессой, вышедшей замуж за обычного немецкого учителя. В поисках новой жизни молодожены уехали в США и прожили там несколько лет. По-настоящему там обосноваться они так и не смогли, а потому в 1876 году со старшими детьми, родившимися в Америке, семейство Шахтов вернулось в Германию. Вскоре на свет появился Ялмар. Два других имени его отец дал сыну в честь известного в то время нью-йоркского журналиста Гораса Грили, который тогда был чрезвычайно популярен и даже баллотировался в президенты США.
Учился молодой Шахт в лучших учебных заведениях, получая весьма разностороннее образование. В Кильском университете он постигал медицину, в Берлинском знакомился с немецкой филологией, в Мюнхенском университете изучал политэкономию. Также учился в Лейпциге и в Париже. Процесс обучения не только наполнял его голову полезными знаниями, но еще сильнее оттачивал и без того острый от природы ум. Главное же заключалось в том, что Ялмар обзаводился нужными связями в кругах блистательной финансовой элиты, что немало пригодилось ему в дальнейшем.
По окончании учебы в 1903 году он принят был на службу в Дрезденский банк, которым владел толковый еврейский финансист Герберт Гутман. Способного молодого человека заметили, и уже в 1908 году Ялмар Шахт становится заместителем директора, а также другом семьи банкира Гутмана.
Когда началась Первая мировая война, из-за сильной близорукости Шахта в армию не взяли. Он служил в экономическом управлении германских оккупационных властей в Бельгии, а в 1916 году возглавил частный Немецкий национальный банк, став со временем его совладельцем. Карьера двигалась как по маслу.
В 1918 году войну Германия проиграла, и на руинах кайзеровской империи возникла Веймарская республика. Послевоенное время было трудным. И это самое малое, что можно было заметить по этому поводу. Миллионы погибших и калек. Разрушенные семьи, сломанные людские судьбы. Жесточайший экономический кризис и обязательная необходимость выплачивать непомерные репарации победителям.
В 1923 году гиперинфляция достигала просто немыслимых пределов. В течение дня цены возрастали многократно, и зарплату служащим платили ежедневно, в первой половине дня, после чего люди бежали в магазины, чтобы успеть хоть что-то купить, пока их деньги не превратились в мусор. Тогда килограмм сливочного масла стоил примерно шесть тысяч миллионов марок, за буханку хлеба просили всего лишь 428 миллионов. В ноябре 1923 года за один американский доллар валютные спекулянты требовали немыслимые 4 миллиона 200 тысяч миллионов марок. Деньги собирались в толстенные пачки. Свежие банкноты печатались круглосуточно, однако их все равно не хватало.
В этих условиях о политической стабильности в государстве можно было лишь грезить. Германия оказалась повержена и унижена до крайности. Немцы мечтали о реванше. Радикально настроенные германские патриоты готовы были пойти за любым сильным лидером, способным вывести их страну из безысходного тупика. Именно таким национальным лидером, хотя и не сразу, стал для немцев мало кому до поры известный ефрейтор австрийского происхождения Адольф Гитлер. Но время его пришло не сразу. В ноябре 1923 года сторонники будущего фюрера германской нации попытались устроить в Мюнхене свой знаменитый Пивной путч, закончившийся тогда провалом. Но не это было самым пугающим. Власти всерьез опасались, что затянувшийся экономический кризис и возраставшее социальное напряжение приведут Германию к "революции красной", по образцу и подобию случившейся в России, в результате которой в стране победили большевики. Подобной судьбы для себя руководители Веймарской республики совсем не хотели.
К этому времени преуспевающий финансист Ялмар Шахт уже почувствовал вкус к политике и даже стал одним из основателей Немецкой демократической партии. В качестве видного деятеля, постоянно участвовавшего в дискуссиях по экономическим вопросам, он получил определенную известность в высокопоставленных политических кругах.
Когда галопирующая инфляция достигла совершенно невозможных пределов, банкира Ялмара Шахта пригласил к себе президент Германии социал-демократ Фридрих Эберт, предложив ему взять на себя управление государственными финансами. Ялмар Шахт согласился и получил должность финансового комиссара с почти неограниченными полномочиями. С этого момента ни одно правительственное решение, связанное с экономикой, не имело законной силы без утверждения подписью Шахта.
Известно, что еще до этого ответственного назначения Шахт побывал в Лондоне, где встречался с руководителем Английского банка Монтегю Норманом, своим старым добрым знакомым. Немецкий финансист считал, что самая надежная валюта должна быть привязана к товару, имеющему высокий международный спрос независимо от действий правительств и экономической конъюнктуры. И таким надежным товаром, по его мнению, бесспорно, являлось золото. Он обратился к Норману с просьбой выделить средства, которые пойдут на стабилизацию марки, без которой экономика Германии не способна будет выплачивать победителям репарации. Высказался он убедительно, кредит ему обещали.
Опираясь на имевшиеся у него предварительные договоренности с английскими финансистами и получив специальные полномочия, Шахт немедленно приступил к делу. Уже через три дня после своего назначения он создает 15 ноября 1923 года особый Рентный банк, который начинает выпускать так называемую рентную марку, ставшую официально признанным платежным средством и надежно обеспеченную недвижимостью и землей. Своим крепким словом Шахт гарантировал ее будущее, и немцы ему поверили. Эмиссия этой новой марки строго ограничивалась, курс ее был жестко зафиксирован. Одну рентную марку приравняли к триллиону марок прежних. Как и обещали, англичане через какое-то время предоставили стабилизационный кредит в размере 800 миллионов золотых марок, что и позволило заменить рентную марку на стабильную валюту, имевшую надежный золотой стандарт.
В декабре Ялмар Шахт стал президентом Рейхсбанка, после чего кредитная политика данного учреждения сильно изменилась. Теперь кредиты выдавались прежде всего экспортерам. Предприятия массово разорялись, но в целом финансовая система стабилизировалась, гиперинфляция угасла. Заработала экономика, стабильная германская валюта позволила осуществлять успешную торговлю с зарубежными странами. Германия стала выползать из кризиса, и уже к 1927 году уровень производства не только достиг довоенных показателей, но даже начал их превышать. С тех пор благодарные немцы и стали называть Шахта "чародеем".
Следует понимать, что британская помощь ни в коей мере не являлась проявлением "благочестия и человеколюбия". От Германии ожидали своевременных и регулярных выплат положенных репараций, а потому ее экономика должна была работать эффективно и с пользой. Чтобы германская корова давала "много жирного молока", она должна была содержаться в полном порядке. Рачительные хозяева англичане это прекрасно понимали. Никакого мягкосердечия, но исключительно коммерческая выгода.
Лишь только немецкая экономика стала становиться на ноги, вопрос о своевременной выплате репараций снова стал актуален. В Париже в 1929 году состоялась конференция, на которой обсуждалась проблема положенных выплат странам-победительницам.
Шахт, возглавлявший германскую делегацию, пытался договориться о снисхождении к немцам, и ему это отчасти удалось. Западные партнеры пошли на некоторые уступки. Согласно новым условиям, в пересчете на американские доллары вместо прежних 15 миллиардов от Германии теперь требовалось уплатить всего лишь восемь миллиардов в течение долгих 58 лет. В марте 1930 года немецкий парламент безропотно принял этот план по долгосрочным выплатам репараций, что вызвало крайнее возмущение и недовольство у населения. При этом сам Шахт "сохранил лицо", демонстративно, как бы в знак протеста, покинув пост главы Рейхсбанка. В глазах патриотически настроенной общественности он остался не только финансовым спасителем страны, но и достойным немцем, крепко пекущимся о чести фатерлянда.
Придет время, и Шахт произнесет свою знаменитую фразу: "Я хотел видеть Германию великой и сильной, и ради этого готов был объединиться даже с дьяволом". По сути, это и произошло, а в роли инфернального посланника здесь выступил Адольф Гитлер.
Финансист Шахт с большим интересом прочел его книгу "Майн кампф", в которой обнаружил идеи и мысли, которые находили у него немалый отклик. Внимательно следил он и за набиравшей популярность национал-социалистической партией - NSDAP. Логика личного восприятия сложившейся в Германии внутриполитической ситуации привела Шахта к прямому сотрудничеству с нацистами. Можно сказать, что они благополучно нашли друг друга.
На обеде, устроенном его другом, банкиром фон Штраусом, Ялмар Шахт познакомился с Германом Герингом, бывшим военным авиатором, который к тому времени уже играл одну из ведущих ролей в нацистском движении. В свою очередь, Геринг пригласил Шахта без всяких церемоний отобедать у себя. Эта знаковая трапеза состоялась в январе 1931 года, и во время нее прошло первое приватное общение Шахта с Гитлером, который произвел на финансиста самое благоприятное впечатление. По его мнению, именно такой человек, как Гитлер, был необходим Германии, чтобы вновь сделать ее могущественной и сильной. Участие в переговорах с западными державами убедило его, что даже экономически развитая страна не сможет надежно оберегать свои интересы на международном уровне, не имея за собой серьезной военной мощи.
В силу этого мнения Шахт начал всячески популяризировать личность Гитлера среди хорошо знакомых ему политиков, финансистов, а также серьезных деловых людей. Благодаря ему такие воротилы германской экономики, как Тиссен, Крупп и другие влиятельные персоны, встали на сторону национал-социалистической партии.
Для Гитлера это был чрезвычайно важный момент, суливший ему благие перемены в судьбе. Геббельс отмечает в своих дневниках, что во второй половине 1932 года, когда нацисты дважды подряд потерпели унизительное поражение на парламентских выборах, Гитлер потерял веру в себя и, находясь в глубочайшей депрессии, даже подумывал о самоубийстве. Знакомство с известным финансистом Шахтом придало ему сил, буквально окрылило его. Именно тогда Шахт написал тогдашнему политическому лузеру и неудачнику свое письмо со словами одобрения и поддержки: "В эти дни вам могут помочь несколько слов самой искренней симпатии. Ваше движение руководствуется такой внутренней правдой и необходимостью, что победа в той или иной форме надолго не сможет от вас ускользнуть... Куда бы моя деятельность ни привела меня в ближайшем будущем, даже если вы меня когда-нибудь увидите в крепости, вы всегда можете надеяться на меня как на надежного помощника". После этого письма Гитлер о самоубийстве более не помышлял.
В ноябре 1932 года Шахт подготовил коллективное письмо от крупнейших германских промышленников на имя президента Пауля фон Гинденбурга. В нем настоятельно рекомендовалось назначить Адольфа Гитлера рейхсканцлером.
Геббельс 21 ноября 1932 года отметил в своем дневнике: "В беседе с доктором Шахтом я убедился, что он полностью отражает нашу точку зрения. Он один из немногих, кто полностью согласен с позицией фюрера". Перед парламентскими выборами Шахт организовал особое совещание видных промышленников, в ходе которого им был учрежден денежный фонд в три миллиона марок для нужд NSDAP.
Столь полезный и преданный лично ему человек, безусловно, был необходим Гитлеру. Пользуясь своими связями, Шахт не только "вводил нацистов в салоны", он добивался для них доверия и финансов, обеспечивал их контакты на самом высоком уровне и в лондонском Сити, и на нью-йоркской Уолл-стрит.
Сразу же после того, как 5 марта 1933 года нацисты выиграли парламентские выборы, Гитлер назначил Ялмара Шахта президентом Рейхсбанка. В августе 1934 года он стал также министром экономики.
К 1933 году уже в новой, стабильной германской валюте сумма иностранной задолженности Германии составляла примерно 19 миллиардов марок, а вместе с иностранным капиталом, вложенным в немецкую промышленность, она доходила до 23,3 миллиарда. Шахт сумел добиться не только прекращения уплаты этого колоссального долга, но и обретения новых займов. Он совершает деловую поездку в США, где встречается с президентом, министрами, финансовыми лидерами Уолл-стрит. Добивается от них получения новых займов. В Лондоне Шахт подписывает соглашение, согласно которому Германия получает от Англии заем на сумму в почти миллиард фунтов стерлингов. Ему удается добиться сокращения, а затем и прекращения платежей по прежним займам.
Экономическая ситуация в Германии на тот момент была сложной. Охватившая страны Запада Великая депрессия лишила немецкие товары налаженных к тому времени рынков сбыта. Многочисленные банкротства привели к появлению на немецких улицах шести миллионов безработных, все страшились наката новой волны гиперинфляции.
В сентябре 1934 года Шахт представил к исполнению торговый порядок, который сводился к тому, чтобы поставить внешнюю торговлю под абсолютный государственный контроль. Отныне особые контролирующие службы бдительно следили за тем, чтобы из страны не вывозились товары стратегического назначения. Возить следовало лишь самое необходимое, чего нельзя было производить самостоятельно.
В мае 1935 года фюрер назначил Ялмара Шахта на должность генерального уполномоченного по вопросам военной экономики. Ему поручается безотлагательно начать "экономическую подготовку к войне". С этого момента он являлся полновластным "экономическим диктатором" Германии.
Планируемое Гитлером перевооружение армии и возрождение военно-морского флота помогало унять безработицу, создавая рабочие места. Увеличение внутреннего потребления выводило германскую экономику из кризиса. Шахт собирался через необеспеченное кредитование вдохновить немецкое производство, при этом удерживая инфляцию с помощью государственного контроля за ростом цен и заработной платы. Со временем, когда экономика станет обеспечивать прибыль через успешный экспорт, появится возможность рассчитаться со всеми долгами. Это была тонкая и рискованная игра, но талантливый финансист Шахт справился.
Предметом его особой гордости могла служить гигантская афера с МЕФО, при помощи которой на вооружение германской армии было дополнительно добыто сверх бюджетных ассигнований не менее 12 миллиардов марок. Под непосредственным патронажем Шахта создали компанию с ограниченной ответственностью Metallurgische Forschungsgesellschaft (МЕФО). Не располагая никакими капиталами, являясь по существу фиктивной организацией, МЕФО, однако, вела успешные дела с многочисленными фирмами, связанными с военным производством. Счета на вооружение оплачивались долгосрочными "МЕФО-векселями", принимавшимися к оплате всеми германскими банками, поскольку они гарантировались Рейхсбанком. Это позволяло неформально финансировать военную промышленность через скрытое вздувание национального долга.
Всего этих векселей выдано было на 12 миллиардов марок. Такая масса находившихся в обращении, но не имевших реального покрытия ценных бумаг грозила настоящей финансовой катастрофой. Если бы частные банки представили "МЕФО-векселя" к оплате, то Рейхсбанк стал бы полным банкротом. Срок уплаты государством по этим векселям наступал в 1942 году. Но к этому времени Шахт мог рассчитывать, что военные достижения вермахта помогут покрыть все издержки за счет ресурсов оккупированных Германией стран.
Была установлена система особых лицензий для регулирования импорта. Иностранная валюта использовалась исключительно для приобретения стратегического сырья. Для покрытия расходов на финансирование будущей войны использовались даже средства иностранцев, хранившиеся на счетах в Рейхсбанке.
Шахт докладывал Гитлеру, что успешное проведение программы вооружений "является основной проблемой немецкой политики, и потому все остальное должно быть подчинено только этой цели".
Гитлер высоко ценил достижения президента Рейхсбанка. Он подарил ему свой большой портрет с трогательной надписью: "Моему любимому Шахту за большие заслуги. Берлин, 23 мая 1936 года, Адольф Гитлер".
Таким образом, Ялмар Шахт сыграл значительную роль в создании и организации военной экономики и вооруженных сил нацистской Германии. Именно он тщательно разработал систему использования в период войны сырьевых ресурсов, рабочей силы и даже оптимального распределения 80 миллионов продовольственных карточек. Под его непосредственным руководством реализовывались планы по производству важнейших видов военных материалов и строительству многочисленных военных заводов.
Так что вполне заслуженно услышал он в день своего 60-летия от военного министра фон Бломберга: "Без вашей помощи, мой дорогой господин Шахт, у нас не было бы вооружения".
Позднее, уже во время Нюрнбергского трибунала, подсудимый Ялмар Шахт откровенно заявил в свое оправдание: "Я должен сказать, что когда началось вооружение Германии, то другие страны не предприняли ничего против этого. Нарушение Версальского договора Германией было воспринято совершенно спокойно... В Германию были посланы военные миссии, чтобы наблюдать за процессом вооружения, посещались военные заводы Германии. Делалось все, но только не для того, чтобы воспрепятствовать вооружению".
Во время трибунала Шахт благоразумно не стал распространяться о том, что западные страны своими действиями (и своим фактическим бездействием) прямо способствовали превращению гитлеровской Германии в зверино-опасный очаг новой войны, беззастенчиво провоцируя и подталкивая Гитлера начать агрессию против Советского Союза.
Как позднее установила комиссия сената США, американские финансовые вложения в немецкую экономику, не считая займов, достигали миллиарда долларов. Американские концерны даже после начала Второй мировой долго сохраняли коммерческие связи с германскими химическими предприятиями. Без их помощи немцы не смогли бы производить в столь больших количествах стратегические материалы, без которых Гитлер не имел бы возможности вести боевые действия: алюминий, магний, искусственный каучук, синтетический бензин и так далее.
Ялмар Шахт непременно старался проявлять свою преданность фюреру и его идеям, хотя в нацистскую партию он так и не вступил. В благодарность за успешную деятельность Гитлер вручил Шахту золотой значок почетного члена NSDAP.
Проявление показательной лояльности принимало порой гротескные формы. Так, на один из проходивших в рейхсканцелярии официальных приемов Шахт прибыл со своей женой, роскошное платье которой было украшено огромной, усыпанной бриллиантами свастикой.
При этом следует признать, что после драматической Хрустальной ночи, во время которой по всей Германии прокатились еврейские погромы, он высказал мнение о том, что будущие поколения немцев станут стыдиться этого деяния. Шахт предложил свой бизнес-проект по организации спасения немецких евреев путем их вывоза за пределы Германии. Предусматривалось создание специального международного фонда с привлечением еврейского капитала. Проект этот, однако, реализован не был.
Германия активно готовилась к грядущей глобальной войне за мировое господство. Выступая на партийном съезде в Нюрнберге 9 сентября 1936 года, Гитлер заявил, что собирается сделать страну совершенно независимой от других. Был составлен четырехлетний план, в ходе исполнения которого Германия должна была обеспечить свою полную самостоятельность от внешних поставок. Ответственным руководителем управления по четырехлетнему плану назначался Герман Геринг. Так у "экономического диктатора" Ялмара Шахта появился равноправный сильный конкурент.
Основной задачей промышленного производства стало обеспечение искусственных заменителей важного стратегического сырья. Спешно возводились новые химические заводы по производству искусственного каучука и синтетического горючего для двигателей. Вопреки прямой экономической выгоде, Геринг требовал обеспечивать военное производство, опираясь прежде всего на свои германские ресурсы. Так, вместо качественной и дешевой руды из Швецииметаллургические предприятия обязывали использовать исключительно немецкую руду, хотя это и обходилось дороже.
Признавая высокие успехи экономического развития, достигнутые в те годы в СССР, германские газеты превозносили гитлеровский четырехлетний план как "величайшее экономическое усилие военного характера, предпринятое за пределами России".
Рассказывали, что однажды, когда Шахт попытался оспаривать решения Геринга, доказывая свою правоту при помощи показателей и цифр, дюжий Геринг просто треснул кулаком по столу, громогласно заявив при этом: "Если фюрер скажет мне, что дважды два означает пять, то, значит, будет пять!"
Конечно, глубоко задетый Шахт пытался искать сочувствия у Гитлера, однако тот лишь отмахнулся. Никаких возражений своим замыслам он не принимал, заявив: "Если частные компании не справятся с четырехлетним планом, государство возьмет их под свой контроль".
Шахт покинул свои посты в ноябре 1937 года, сохранив за собой лишь должность министра без портфеля с окладом в 50 тысяч марок в год. Вместо него министром экономики стал Вильгельм Функ. Потом Шахт еще вернулся на пост руководителя Рейхсбанка, однако прежнее безоговорочное влияние он утратил совершенно.
Набрав военную силу, нацистская Германия приступила к борьбе за "жизненное пространство" и до поры действовала весьма успешно, пользуясь прямым попустительством со стороны западных держав. Аннексия Австрии, присоединение Судетской области и последующее взятие под контроль всей Чехословакии, 1 сентября 1939 года – вторжение в Польшу. Вторая мировая война разгоралась постепенно, но неотвратимо.
Ялмар Шахт открыто выражает свое несогласие с проводимым курсом, говоря о том, что это грозит развалом финансовой системы страны. Еще до начала войны он при встречах с представителями западных стран затевал двусмысленные разговоры, неизменно намекая на свое категорическое несогласие с политикой фюрера.
Он осудил нападение на Польшу, негативно высказался о войне с СССР, говоря о том, что Германия неминуемо проиграет исключительно по экономическим причинам. Он даже направил Гитлеру 30 ноября 1941 года достаточно резкое критическое письмо.
Что это было - диссидентство прозревшего правдолюбца? Или же тонкая политика изворотливого дельца, играющего двойную игру? Не готовил ли хитроумный пройдоха Шахт себе заранее спасательный плот, на котором он мог бы уцелеть в случае падения нацистского режима как "явный и открытый" его противник? Ведь Германии с ее сателлитами противостояли объединенные силы западных держав, состоявших в коалиции с Советским Союзом. Шансы на победу в этой борьбе у Гитлера были весьма призрачны, и опытный, прозорливый экономист Шахт прекрасно это осознавал.
Относительно главного гитлеровского финансиста во время Нюрнбергского процесса советский обвинитель Роман Руденко заявил в своей заключительной речи: "Шахт пытался в разные периоды своей деятельности подчеркнуть свои все будто бы обострявшиеся разногласия с гитлеровским режимом. На самом деле Шахт проводил двойную игру, предохраняя себя от ответственности за преступную политику зарвавшегося гитлеровского правительства заигрыванием с людьми, стремившимися к свержению гитлеровского режима, и в то же время сохраняя на всякий случай свою лояльность к этому режиму".
В январе 1942 года Ялмар Шахт вышел на пенсию и государственных постов более не занимал. Проживая частной жизнью мирного обывателя, он неизменно демонстрировал свою внешнюю оппозиционность. Одевался по старорежимной "кайзеровской" моде, используя стоячий хорошо накрахмаленный воротничок. Открыто посещал священника, хотя это не одобрялось нацистами. В разговоре мог позволить себе критические высказывания в отношении происходящего в стране. До поры все это сходило ему с рук.
В июле 1944 года состоялось известное покушение в ставке фюрера немецкой нации, окончившееся провалом. Гитлеру удалось уцелеть. Против участников заговора и всех тех, кого подозревали в сочувствии к ним, развернулись жестокие репрессии. Многие были казнены, тех, кому повезло больше, сажали в концлагеря. Среди прочих был арестован и Ялмар Шахт. Он содержался в концлагере Равенсбрюк, во Флоссенбюрге, в Дахау.
В мае 1945 года его из лагеря освободили союзники, однако вскоре он был снова арестован американцами и предстал перед Нюрнбергским трибуналом.
На суде Шахту было предъявлено следующее обвинение: "Он способствовал приходу к власти нацистских заговорщиков и укреплению их власти над Германией, что указано в пункте первом обвинительного заключения; он способствовал подготовке войны, указанной в пункте первом обвинительного заключения; он участвовал в выработке военных и экономических планов и в подготовке нацистскими заговорщиками агрессивных войн и войн, нарушающих международные договоры, соглашения и заверения, что указано в пунктах первом и втором обвинительного заключения".
Держался Шахт предельно спокойно и уверенно, отчетливо демонстрируя, что он не имеет ничего общего со всеми злодеями и убийцами, что занимали рядом с ним место на скамье подсудимых. Очевидец вспоминал: "Он все чаще и все настойчивее выражал свое возмущение тем, что его усадили на одну скамью “с этими выродками”. Шахт демонстративно не разговаривал с Герингом, этим "убийцей и вором". Он с презрением отворачивается от "палача с юридическим дипломом" Кальтенбруннера. Он не желал иметь никаких дел с "выскочкой и карьеристом" Риббентропом. Похожий в профиль на голодного коршуна, худой и бледный, доктор Шахт в стоячем дедовском накрахмаленном воротничке с подчеркнутой брезгливостью старался не прикасаться к Штрейхеру - этому полусумасшедшему издателю погромного листка "Штюрмер", человеку, имя которого ассоциируется с убийством шести миллионов евреев".
Высокопарные разглагольствования Шахта о том, что он не только не помогал нацистам, но, напротив, стремился вредить им, привели к тому, что Геринг не выдержал и буквально возопил: "Только послушайте, как он лжет!"
В беседе с тюремным врачом Шахт сказал предельно откровенно: "Заверяю вас, что если я не буду оправдан, то это станет позором для трибунала и международного правосудия".
Согласно приговору Нюрнбергского трибунала, Шахт, Папен и Фриче 1 октября 1946 года были оправданы. Председатель суда предложил коменданту без промедления освободить их.
Мы не знаем, что именно произошло в совещательной комнате судей, какие аргументы выдвигались за и против оправдания подсудимых. Эта тайна оберегалась законом.
В начале 1947 года Ялмар Шахт был все же арестован и осужден за свою деятельность. Суд новой Германии приговорил его в рамках процесса денацификации "за участие в создании и деятельности национал-социалистского государства насилия, принесшего бедствия многим миллионам людей в Германии и во всем мире", к восьми годам тюремного заключения, однако уже в сентябре следующего года он был выпущен на свободу.
В дальнейшем Шахт вел достаточно содержательную жизнь, занимался финансовой деятельностью, совершая деловые поездки, много путешествовал по миру. Окончательно он отошел от дел в апреле 1963 года, в возрасте 86 лет. Умер 3 июня 1970 года в Мюнхене.
