Писатель Юзефович рассказал о творчестве и о том, какой видит современную Россию

© Sputnik / Рамиль Ситдиков / Перейти в фотобанкПисатель и историк Леонид Юзефович
Писатель и историк Леонид Юзефович - Sputnik Латвия, 1920, 31.01.2022
Подписаться на
Yandex newsTelegram
На днях в Риге при содействии международного медиаклуба "Формат А-3" в рамках проекта "Культурная линия" в эфире латвийского новостного радио Baltkom состоялась онлайн-встреча местных журналистов с одним из самых титулованных российских писателей Леонидом Юзефовичем
РИГА, 31 янв — Sputnik, Евгений Лешковский. Леонид Абрамович Юзефович дважды лауреат премии "Национальный бестселлер" и трижды – "Большая книга". Третью получил совсем недавно, в декабре, за роман "Филэллин", который в России разлетелся как горячие пирожки, да и в латвийских магазинах пользуется большим спросом. А тема встречи с писателем была более чем актуальная в нынешнее-то время: "Историческая литература. Судьбы России на сломе эпох".

Чистая душа – один из знаков российских правителей

Один из героев нового романа Леонида Юзефович - российский император Александр Первый. Писатель к этой исторической персоне не раз уже обращался в своих произведениях. Вот что он рассказал о его значимости для истории:
Писатель Юзефович - Sputnik Латвия, 1920, 06.04.2017
Леонид Юзефович: язык сам отторгает все чужеродное
- Почему так? Отвечу легко. Интерес мой к нему начался в связи с тем, что я жил и вырос на Урале, в Перми, и первые мои повести были по истории Урала, такие краеведческие материалы, - рассказывает Леонид Абрамович. – И в какой-то момент я узнал, что Александр Первый приезжал в 1824 году в Пермь. Он вообще был человек, который много ездил по России. До него никто из русских правителей восточнее Казани никогда не был. И вот с этого и проснулся у меня интерес к личности Александра Первого. Ему действительно была интересна страна, которой он управлял. Да, его потом обвиняли в самых разных грехах, его не очень-то любили и наши консерваторы (и продолжают не любить), и наши либералы, потому что он вроде как изменил свободолюбивым своим планам с начала царствования. И если по-человечески к нему относиться, у него действительно есть много неприятных черт в характере. Но для меня важно, что это первый и, наверное, если не считать Екатерины, единственный большой интеллектуал на российском троне. Мы можем как угодно относиться к Николаю, Александру Второму, Александру Третьему, но по-настоящему интеллектуал со всеми присущими интеллектуалу особенностями, вплоть до того, что он тяготился властью и потом от этой власти, по слухам, отказался вовсе – это все-таки только Александр Первый. Неслучайно возникла эта легенда о старце Федоре Кузьмиче, якобы это был Александр Первый. Я в эту легенду не очень-то верю. Тем не менее, согласитесь, легенды возникают в связи с конкретным человеком и не на пустом месте. Про Николая Первого такая легенда, думаю, никогда не могла возникнуть. Она не могла возникнуть и об Александре Третьем – будто бы он бросил свой престол и пошел по исключительно строгому и сложному духовному пути. И то, что такая легенда возникла про Александра Первого, – это уже очень интересно. А вообще, я так скажу: чистая душа – один из знаков российских правителей, в большей или меньшей степени".
Памятник литовскому писателю Пятрасу Цвирке - Sputnik Латвия, 1920, 26.10.2021
Литва избавится от памятника советскому писателю, который ее прославил

Кто чем может, тот тем и жертвует

- Филэллины в новом романе Леонида Юзефович – это люди особой степени страсти и жертвенности?
- Хотите знать, можно ли в современном мире найти аналог? А то как же! Важно осознавать, что на человека в истории есть два взгляда. С одной стороны, мы говорим, что человек как физиологическое, как биологическое существо – он не меняется. Да, мы остаемся такими же, как были, еще со времен Перикла. С другой стороны, история не занимается голым человеком. У человека всегда есть "одежда". Причем одежда – это не только тот костюм, физическое наше платье, которое меняется с течением времени, а это еще и наши идеи, наши нормы поведения, которым мы подчиняемся, наши представления о добре и зле, о том, что хорошо, что плохо, что допустимо, а что нет. Вот эти представления очень меняются, причем достаточно быстро. История и литература занимаются человеком в одежде из этих его исторических представлений, которым он подвержен. Поэтому, конечно, между "одетым" человеком начала позапрошлого века и человеком нашего времени есть различия. Говорить о них можно очень долго. Но есть и что-то такое в культуре, что сохраняется достаточно прочно. Культура вообще консервирует некоторые наши нормы поведения, некоторые наши представления. Поэтому наверняка есть такие параллели. И еще, знаете, любой период всегда рифмуется с любым другим периодом из прошлого, вне зависимости от нашего представления о нем. Просто мы вдруг начинаем видеть сегодня то, о чем, например, читали когда-то или попросту слышали, если говорить об исторической литературе. В любом периоде мировой истории мы можем найти что-то похожее на наш сегодняшний день. Другое дело - хотим ли мы, чтобы сегодня что-то повторялось "из прошлого". Мне, например, совсем не хочется, чтобы повторялись картины 1990-х, и этого явно не хотят и нынешние правители России.
Книги, переведенные на латышский язык. Архивное фото - Sputnik Латвия, 1920, 07.03.2021
Латыш – не читатель, латыш - писатель! Латвия теряет очередной бренд страны

Вера новой России: "не повторить 1990-е!"

- В 1990-х Россия представляла из себя жуткую разруху, – продолжает рассказ писатель. – Я помню, как в 1994-м приехал в Воронеж, вышел на привокзальную площадь и чувствую, что что-то не так, а потом смотрю – сквозь щели между каменными плитами проросла трава в половину человеческого роста. Это было такое совершенно фантасмагорическое видение из каких-то фантастических книг о постапокалиптическом будущем, о покинутых людьми и совершенно разоренных городах. Конечно, теперь таких картин вы больше не увидите в России. К примеру, Петербург уже совсем другой по сравнению с тем, что был в 1990-х. Помню, как после большого перерыва, в 2001-м, я приехал в Петербург – и увидел, как он изменился. И еще, конечно, пьянства, что в городах, что в глубинке, меньше стало. И все это не может не радовать.
Лента новостей
0