Вахтанг Кикабидзе на фестивале "Кубана": не хочу врать

© Sputnik / Oksana DzadanВахтанг (Буба) Кикабидзе спел на фестивале Kubana в Риге
Вахтанг (Буба) Кикабидзе спел на фестивале Kubana в Риге - Sputnik Латвия
Подписаться на
Yandex newsTelegram
Мимино, любимец Грузии и всего постсоветского пространства, настоящая легенда грузинской эстрады и кино, Вахтанг Константинович, он же Буба Кикабидзе вчера выступил на молодежном фестивале "Кубана", который проходит на Луцавсале с 11 по 14 августа.

РИГА, 14 авг — Sputnik, Инга Берзиня. Перед выступлением на фестивале "Кубана" в качестве специального гостя Вахтанг Кикабидзе встретился с журналистами, рассказал о музыке, о том, почему так важно не стареть, почему он согласился выступить на мероприятии, о своей правнучке и о многом другом.

Выступление Кикабидзе вызвало, пожалуй, самый большой наплыв публики в этот день. Среди зрителей были замечены и люди среднего возраста, которые пришли, похоже, послушать только Бубу. У самой сцены расположились "возрастные" парни вполне грузинской внешности с флагом Грузии.

Перед выступлением публике показали пронзительную нарезку видеокадров из легендарных советских фильмов, в которых снимался Кикабидзе, наложенную на его песню, посвященную друзьям. Затем на сцене появился Кикабидзе с музыкантами. Певец отлично держался, шутил, рассказывал анекдоты и истории из своей молодости, а молодые люди с ирокезами, дредами, фенечками и прочей атрибутикой, слушали и внимали ему как гуру.

© Sputnik / Oksana DzadanВахтанг Кикабидзе спел на фестивале Kubana в Риге
Вахтанг Кикабидзе спел на фестивале Kubana в Риге - Sputnik Латвия
Вахтанг Кикабидзе спел на фестивале Kubana в Риге

Буба исполнил свои нестареющие хиты — "Родимая земля", "Я хочу, чтобы песни звучали", "Чито-грито", которую он объявил как: а сейчас песня "Ларису Ивановну хочу!" Исполнил собственную песню.

"Вы знали, что когда пьешь водку, хорошо писать песни? Я как-то закрылся в комнате с бутылкой водки и написал пять песен подряд. Но петь их нельзя. Поэтому спою я вам только первую".

Пожалел он со сцены и о том, что что-то в мире происходит не так: "Я вырос в тбилисском дворе, и у нас жило сразу 11 национальностей – русские, грузины, ассирийцы, курды, евреи, кабардинцы, абхазы, армяне, греки, казахи, украинцы. И я, когда был маленький, думал, что все они грузины – не было проблем понимания. Бабушка оставляла ключ от дома под ковриком, и все об этом знали. И все открывали, если нужно. Никто не боялся никаких воров. Так мы жили. А сейчас что-то не то с нами происходит".

На прощанье Кикабидзе спел песню Окуджавы "Виноградную косточку в теплую землю зарою" и пару залихватских песен в одесской манере. А последнюю песню пел на грузинском, с грузинскими же народными мелодиями, что вызвало у публики полный восторг. Молодежь танцевала и браталась.

Ну а до фееричного выступления Кикабидзе были вопросы.

На вопрос, почему артист никогда не выступал на фестивале эстрадной песни "Новая волна", который проходил в Юрмале, Кикабидзе ответил:

— Меня просто никто не приглашал. Может, не считали меня звездой эстрады? Я не знаю. Но предложений не было.

— А почему приняли приглашение выступить на "Кубане"?

— Это молодежный фестиваль и здесь много молодых. А человек должен стараться не стареть. Я не имею в виду косметику или какие-то подтяжки. Подобными вещами сейчас очень многие увлекаются. А я вот стараюсь ездить (выступать – ред.). И мне кажется, что я прав.

Мне тут звонили журналисты из Москвы, неделю назад. Спрашивали: а вы не боитесь ехать на "Кубану"? Я говорю: "А что, там бьют?" "Нет, но там же другая музыка!"

Я ответил: "Музыка бывает разнообразная. Нас называли "подвальными" певцами 55 лет назад. И этот рок, фолк-рок мы проходили много лет тому назад. Я в свое время лучше всех копировал Луи Армстронга. И каждый слушает то, что ему нравится.

Шарль Азнавур интересную фразу как-то сказал: "Мой слушатель стареет вместе со мной".

Я очень люблю такую молодежную рок-музыку, но было бы смешно, если бы я на "Кубане" пел что-то такое же. Я не считаю, что певец должен менять что-то в своем репертуаре. У меня есть коллеги, которые поют по моде.

Сегодня это, завтра мода поменялась – другое. А я всегда выбирал стихи хороших поэтов. Надо любить то, чем занимаешься. Если ты выбираешь то, что тебе не по духу – значит, ты врешь!

— Вы написали книгу автобиографическую книгу "Они", почему у нее такое название?

— Со мной давно говорили в Москве о написании автобиографической книги. Но я вообще не люблю, когда известный писатель, художник или артист пишет о себе. Мне не нравится, когда много "я".

Когда я был молодым, появилась фраза "лицо кавказской национальности". Евреев в Союзе иногда некоторые называли "жидами", и им это очень не нравилось, среднеазиатов называли чушками, а грузинов "чернозадыми". И тогда из-за этой фразы я захотел написать что-то, но еще не знал что.

Потом вспомнил одну историю, которая произошла с одним знакомым, вторую, третью. И записал. А потом в жизни начали появляться люди, которые все время меня удивляли, такие белые вороны. Мир ведь и держится именно на таких людях, на тех, кто делает добро, но сам при этом не выпячивается.

И эта книга истории о них: русских, евреях, грузинах, армянах.. Так и название появилось – "Они".

Конечно, все эти истории связаны со мной — я свидетель того, о чем пишу. Каждая история — как маленькая новелла. И вот одна из новелл называется "Саша". Расскажу ее, чтоб вы поняли.

Эта история происходила в то время, когда в Союзе только появились большие широкоэкранные телевизоры. И вот этот Саша был дилером этих телевизоров, по национальности армянин, но жил в Лос-Анджелесе. Мне надо было туда же на гастроли. И я полетел с ним.

А он никогда не был в кабине пилотов. Мы летим, пьем коньяк. Подходит стюардесса, и я ей говорю, что вот человек, который никогда не был в кабине пилота. И нас пригласил командир корабля в эту кабину. А тогда уже было нехорошее время, есть уже было нечего уже, электричество пропадало…

Я тогда спросил у них — а как с зарплатами? Они сказали, что зарплату уже три месяца как задерживают. Через три месяца я летел с той же командой пилотов, и они мне рассказали, что когда вернулись в аэропорт, в Тбилиси, им прямо к трапу привезли в подарок два больших плазменных телевизора. Это было от Саши. А ведь он мог этого не делать, просто уйти.

Я рассказал эту историю затем, чтоб вы поняли — добро можно делать по-разному: подарить цветок, или телевизор, или еще что-то. Что – не важно. То, что у тебя есть.

— Вы говорили, что в последнее время работали над сценарием, закончили ли вы его?

— Начнем с того, что я нигде не учился — ни в эстрадной, ни в киношколе. В 1981 году я снял свой первый фильм как режиссер и сценарист. Я наблюдательный, и все время смотрел, как надо снимать кино. Потом этот мой фильм взяли на международный фестиваль, и он получил вдруг получил Гран-при.

И я сразу же успокоился. Фильм называется "Будь здоров, дорогой!" В нем четыре новеллы по 8-10 минут. Я вообще очень люблю маленькое кино. Его делать трудно, и если перебор – сразу все рушится. Нет времени, чтобы что-то исправлять. А в 1983 году я снял фильм "Мужчины и все остальные", который состоит из семи новелл.

© Sputnik / Oksana DzadanНа концерте Вахтанга Кикабидзе в Риге
На концерте Вахтанга Кикабидзе в Риге - Sputnik Латвия
На концерте Вахтанга Кикабидзе в Риге

Тогда, кстати, хорошие короткометражки снимали итальянцы и грузины, и вот сейчас такие фильмы, состоящие из новелл, стали популярны. И я сейчас сделал свой третий сценарий.

Думаю, что этот сценарий лучше, чем те, предыдущие. Он будет называться "Грузинский синдром".

В нашей республике для постороннего человека есть такая непонятная чокнутость, она заключается в том, что человек человека любит, соседа любит, гость – самый дорогой человек. И все это выражается в форме, непонятной для других. Финнам, к примеру, это непонятно.

И российская очень крупная кинокомпания хотела купить этот сценарий и снять фильм. Ее президент — мой друг, и я ему сказал: "Да не поймут, это же не российский синдром". И одну новеллу я, наверное, добавлю, потому что точно знаю, что вы никому не расскажете (заявил Буба журналистам и рассказал еще одну дополнительную новеллу – ред.)

— Вы человек-легенда. А что для вас главная награда в жизни? Признание публики?

— Признание публики дорогого стоит. Сейчас вы видите, как появляется молодой парень или девушка и его тут же начинают рекламировать, раскручивать. Я как-то смотрел по телевизору интервью с одним парнем, которого везде, во всех городах рекламируют, и его журналистка спрашивает — устаете ли вы от популярности? А он ей — да, мне так сложно, я больше не могу спокойно выходить на улицу.

Я скажу вам, что это огромное счастье, когда публика тебя любит. Я очень долго не мог понять, почему со мной во всех городах пожилые люди на "ты" разговаривают. А потом понял, что когда он с тобой так говорит, он тебя считает своим.

Я считаю, что если человек к тебе подходит, ты не должен его отталкивать, потому что он перед этим очень долго готовится к тебе подойти. Человек нервничает и знает, что могут и послать.

А самая главная моя награда — мои дети. А сейчас у меня правнучка есть. Она — главная героиня нашего дома. И я только сейчас понял, что я старый человек. Пока мы молодые, у нас дети рождаются, они как-то растут, бегают… Потом мы больше любим своих внуков. Но она, правнучка – это уже нечто особенное. За нее я могу и утонуть, если надо будет. Ее зовут Александра.

— Кто из музыкантов вам больше по душе или оказал на вас большое влияние?

— Если выбирать из "наших", мне очень нравились трое, которых уже нет в живых: Шульженко, Марк Бернес и Утесов.

Самый большой комплимент я получил от Утесова. Я с ним не был знаком. И был как-то на новогоднем сабантуе в доме актера, я тогда был еще очень молод. И вижу, что по залу идет Утесов, а за ним целая ватага артистов. Я тогда подумал, хоть бы подойти к нему, потрогать.

Он тогда уже плохо ходил, болел. И вот он идет прямо ко мне, а он был с юмором, и говорит: "Вахтанг! Ты уже не Вахтанг Кикабидзе. Ты Вахтанг Бернес!" Я очень удивился, но для меня это был самый большой комплимент.

Я сам очень люблю джазовую музыку. И каждый день слушаю вот этих трех: Джеймс Браун, Рей Чарльз и Джо Кокер.

— Нравятся ли вам рестораны "Мимино" и куда вы едете после Риги?

— Во многих городах есть рестораны "Мимино", в Тбилиси почему-то нет. Но в Тбилиси есть памятник Мимино, который не поставили в Москве. Это долгая история.

Шесть лет эта скульптура простояла в мастерской. Она состоит из трех фигур: Леонов, я и Мкртчян. Потом она, наконец, попала в Тбилиси, и сейчас стоит в старом районе города. Довольно забавная.

Но когда меня туда привезли, мне стало плохо. Я вдруг понял, что рядом со мной стоят два человека, которых уже нет в живых. И я взял микрофон и сказал, что, наверное, мне тоже пора уходить, раз Леонов умер, Мкртчян умер…

А гастрольный график у нас плотный. Восемь лет я не был в России — с 2008 года, и все эти восемь лет получаю очень много писем из России.

Пишут, приезжайте, мол, при чем тут политика? Да, русский народ тут ни при чем. Политика и народ – это совсем разные вещи. Но врать я не хочу. Поэтому мы ездим в основном в дальнее зарубежье. Бываем в Казахстане, был на Украине. С удовольствием приехал в Ригу. Сейчас с нами идут переговоры в целом по Прибалтике, есть идея неплохого тура.

Мне 78 лет, и пока я пою стоя. Жене я сказал, что в 80 лет уже, наверное, буду петь сидя. Это же тоже модно — сидеть красиво на стуле, смеется Вахтанг. А дальше – посмотрим. Если не смогу сидеть – буду петь лежа.

© Sputnik / Oksana DzadanЗрители на концерте Вахтанга Кикабидзе
Зрители на концерте Вахтанга Кикабидзе - Sputnik Латвия
Зрители на концерте Вахтанга Кикабидзе

P.S. В этот день на "Кубане" также выступили модные IAMX, завсегдатаи фестиваля TARAKANY!, Marky Ramone`s, а также The 69 eyes и "Вопли Видоплясова".

Кубана — один из крупнейших международных музыкальных мультиформатных фестивалей, история которого началась в 2009 году в посёлке Веселовка Краснодарского края. Второй год подряд фестиваль проходит в Риге, на Луцавсале.

В разное время на сцене фестиваля появлялись System of a Down, The Offspring, Madness, Gogol Bordello, The Prodigy, Korn, SUM 41 и другие. Специальными гостями фестиваля до Вахтанга Константиновича бывали Лев Лещенко, Михаил Боярский и Валерий Леонтьев.

Лента новостей
0