РИГА, 19 фев — Sputnik. Юрист Алексей Димитров, работающий в Европарламенте, купил в Латвии несколько книг на русском, которые теперь облагаются повышенным НДС (21% вместо прежних 5%), расстроился и написал письмо в Службу госдоходов. Он попросил компенсировать разницу и потребовал извинений.
Юрист считает, что различие в ставке НДС нарушает принцип налоговой нейтральности, закрепленный в директиве по НДС.
"Если для потребителя нет разницы, на каком языке читать, то книги на разных языках являются сходными и взаимно конкурирующими товарами, и к ним нельзя применять разные ставки", - подчеркивает Димитров.
"Если же язык все-таки влияет на выбор, тогда нужно оценить, не нарушен ли запрет дискриминации. Применяя регулирование НДС, государство реализует право ЕС, а значит, для него обязательна Хартия основных прав. Статья 21 Хартии запрещает дискриминацию, в том числе по языковому признаку. Кроме того, Директива 2000/43/ЕС запрещает как прямую, так и косвенную дискриминацию по расе и этнической принадлежности в отношении доступа к товарам и услугам", — написал он в соцсетях.
Димитров подчеркивает: он не согласен с тем, что различное отношение в зависимости от языка необходимо для достижения целей защиты государственного языка или безопасности. Юрист указывает на то, что пониженная ставка НДС применяется к изданиям не только на латышском языке, но и на языках стран — участниц ЕС, стран Европейской экономической зоны, Швейцарской Конфедерации и стран — кандидатов ЕС, а также к официальным языкам Организации экономического сотрудничества и развития.
"Такой широкий перечень языков не может свидетельствовать о защите государственного языка", — отмечает юрист.
Также Алексей Димитров ссылается на 22-ю статью Хартии основных прав, 2-ю статью Договора о Европейском союзе и Рамочную конвенцию о защите национальных меньшинств, пункт 1 статьи 4 которой предусматривает, что любая дискриминация, применяемая в связи с принадлежностью к национальному меньшинству, запрещена.
Если СГД не выплатит компенсацию, Димитров может подать в суд. У суда будет право — а если дело дойдет до Сената, то и обязанность — задать вопрос Суду Европейского союза о том, как правильно применять право ЕС в этом деле", — заключает юрист.