18:32 23 Марта 2019
Прямой эфир
  • USD1.1302
  • RUB72.7425
Собачка

Прачка-собачка, или Метаморфозы "Муму" и Рижского русского театра

© Sputnik / Вадим Анцупов
Новости культуры Латвии
Получить короткую ссылку
1158

Затянуто, скучно, занудно - крепостное право в действии: публику оставили без "Муму"

РИГА, 2 янв — Sputnik, Александр Малнач. Спектакль "Муму" Виестура Кайриша в Рижском русском театре им. М. Чехова явление, вызвавшее большой разброс мнений и жаркие споры, а значит требующее обстоятельного разбора. По-моему, публику оставили без "Муму", а со временем оставят и без русского театра.

Театр начинается с вешалки, постановка — с программки. Приглядимся к ней повнимательнее.

Первая обложка программки "Муму" РРТ им. М. Чехова (премьера 30 ноября 2018 года) исполнена строгого минимализма: крупные серые буквы MUMU в два этажа на коричневом фоне, а сверху мелко набрано Mihaila Čehova teātris. На второй обложке клейма Министерства культуры Латвии и Фонда капитала культуры.

Вторая страница уже на двух языках (русском и латышском) содержит посвящение некоего VK 200-летию со дня рождения И.С. Тургенева, название спектакля ("МУМУ"), уточнение "По мотивам рассказа Ивана Тургенева" и подзаголовок "Игра в людей". Далее перечисляются создатели спектакля (люди) и действующие лица и исполнители (те, кто только играет в людей).

Итак, автор инсценировки, сценограф и режиссер Виестур Кайриш (очевидно тот самый VK), художник по костюмам Анете Баяре-Бабчук(а), композитор Угис Витиньш, хореограф Яна Яцук(а), художник по свету Мартиньш Фелдманис, режиссер движения кукол Мара Узулиня, кукольный скуль(п)тор Наталия Давидович, бутафор Илзе Эгле.

Скобками я выделил погрешности против русского языка: лишние окончания в фамилиях, недостающая буква "п" в слове "скульптор". Не вычесали как следует корректоры бедную "Муму". Мне скажут: "Экая мелочь". Отвечу словами классика: "...Это не мелочь или это такая мелочь, которая может получить решающее значение".

Далее идут нелюди: Чтец — Яков Рафальсон; Герасим — Максим Бусел; Татьяна — Екатерина Фролова; Капитон — Игорь Назаренко, Гаврила — Александр Маликов. Плюс четыре персонажа вообще без имен, под номерами: Яна Хербст(а), Юлия Бернгардт, Ольга Никулина, Мара Узулиня. Еще ниже те, кто играют на музыкальных инструментах: Угис Витиньш, Илзе Грунте, Виктор Величко, ну и помощник режиссера Татьяна Ваулина.

Вам показалось это перечисление затянутым, скучным, занудным? Возможно, но таков и увиденный мною спектакль. Отсутствие антракта в почти двухчасовом представлении угнетает зрителя, но спасает режиссера, подавляя мысль о дезертирстве. Крепостное право в действии. Впрочем, случаев бегства по ходу спектакля мною не зафиксировано.

Итак, спектакль про крепостных. Краткая историческая справка сообщает, что оное на Руси "вступило в силу после принятия Соборного уложения 1649 года — в то самое время, когда в Западной Европе аналогичные явления начали отмирать".

Привет, отсталая Россия! Но крепостные от всего этого только выиграли.

"Продаваясь в холопы или переходя в крепость, психологически крестьянин испытывал облегчение: он избавлялся от долгов, налогов и ответственности, тогда как практически его положение не менялось", - утверждает анонимный автор программного (!) текста. Эту ересь он подкрепляет цитатой из Карамзина, противника освобождения крестьян, "ныне имеющих навык рабов".

"В самом деле, - продолжает аноним, - при всех отличиях крепостничества от рабства психологический эффект, усиливавшийся из поколения в поколение, был не менее губительным для личности: отсутствие индивидуальной ответственности и частной собственности не позволяло развиться чувству собственного достоинства, уважению к себе и к другим, умению ценить труд, способности проявлять инициативу, делать выбор и соотносить свои и чужие действия с нормами закона".

Еще ряд абзацев посвящены бесправию крепостных и рабскому положению дворни, вырождению крестьянской религиозности в смирение и безволие, а послушания — в привычку бездумно и безропотно подчиняться, а также творчеству Тургенева, ему самому, его матушке, властной помещице, ставшей прототипом барыни в рассказе "Муму", и служившему у нее дворнику Андрею по прозвищу Немой, который, утопив собаку, не ушел в отличие от тургеневского Герасима, а так и остался при своей строгой госпоже.

Отличие Герасима от своего прототипа и прочих персонажей рассказа бросается в глаза. И дело не только в выдающемся росте, силе и глухонемоте Герасима. Он работяга, "едва ли не самый исправный тягловый мужик"; и в деревне, откуда был вырван волею барыни, и в московской усадьбе он живет и держится особняком.

Кроме того, Герасим человек слова (в его случае — жеста). "Уж коли он обещает, это наверное. Он на это не то, что наш брат (дворовый человек — А.М.). Что правда, то правда. Да", - говорит о Герасиме лакей Степан.

Правда, ни эти слова Степана, ни сам Степан не звучат в постановке. Кайриш купировал этого персонажа, а функции его передал исполнителю роли башмачника, выпивохи Капитона. Но и Кайриш выделяет Герасима из числа слуг барыни: и одежей, и лицом, и подчеркнутой персонификацией. Герасим у Кайриша удвоен, а точнее раздвоен на человека и куклу. В нем человеческое, индивидуальное, по мысли Кайриша, умерло, да не совсем. Все прочие — куклы.

Ведь как рассуждал Кайриш? Крепостные, дворня особенно, не своей волей живут. Все, от дворецкого Гаврилы до последнего пьяницы Капитона (приживалки тож), реагируют на малейший чих барыни. Совсем как марионетки. И выставил их куклами.

Но не просто куклами, а "Куклами" — персонажами сатирической телепередачи, которая с 1994 по 2002 год выходила на российском канале НТВ и была посвящена актуальным темам российской политики, подобно тому, как спектакль MUMU РРТ им. М. Чехова посвящен... 200-летию со дня рождения И.С. Тургенева.

Свежо. При этом одну из кукол — дворецкого Гаврилу — Кайриш выставил Путиным. Ведь как рассуждал Кайриш? Во-первых, какие же "Куклы" без "Путина"? А во-вторых и в главных, ну до чего же тургеневский Гаврила "на нашего Путина похож"! Писатель характеризует "главного дворецкого", как человека, "которому, судя по одним его желтым глазкам и утиному носу, сама судьба, казалось, определила быть начальствующим лицом". Цвет глаз Путина — вопрос спорный, а вот утиный нос — непременный атрибут всех сатирических выпадов против действующего президента России.

Но не только лицом, а и сущностью своей Гаврила, по мысли Кайриша, вылитый Путин: себе на уме, выполняет волю барыни (олигархов?), распекает подчиненных, за права и достоинство их не борется, ворует ("крал и учитывал чай, сахар и прочую бакалею"), собачку преследует. Сперва распорядился тайком от Герасима свести ее со двора и продать, а потом и вовсе лишить жизни ("завтра же ее в живых не будет"), убивец.

Что за оригинальная выдумка, что за находка! Правда, не все ее оценили. Кто-то напрягся, никто даже не хохотнул. А после выяснилось, что не все и просекли. Очевидно, не пропустили через какой-то внутренний фильтр, совсем как в скетче Comedy Club про Путина в аптеке (https://rutube.ru/video/ca1175868c220eaa85966be1aae58c65/). Иначе не понять, как мог не сработать грим и подражание манере путинской речи, над чем так старательно и убедительно работал Александр Маликов, за исключением тех минут, когда ему приходилось держать ртом трость управления головой кукольного Герасима, поскольку рук уже не хватало.

Причем с куклой Герасима возился не только Гаврила-Маликов, а и Капитон-Назаренко, и все четыре номерные персонажа, одетые в черное, чтобы не мельтешить и не уводить внимание от главного героя, как кукольного, так и вочеловеченного, в исполнении Максима Бусела, парня ладного, но отнюдь не двухметрового роста.

Кстати, первое, что бросилось в глаза, когда на сцене возникла кукла-Герасим, это его узкие плечи и сапоги носками вовнутрь. Герасима представили косолапым. Известное дело — русский медведь, мужик. Или мне это почудилось?

Не скажу, что затея с куклами совсем не удалась, но в целом она не показалась мне необходимой и очень уж занимательной. По-моему, манипуляции с огромной куклой Герасима и маленькой куклой Татьяны-Муму обеднили, а не обогатили повествовательно-изобразительную структуру постановки. Они порождали утомительные длинноты, нарушали ритмику тургеневской прозы, разрушали динамику спектакля.

И все мне казалось, что актеры заняты не своим делом, а исполняют прихоть злой барыни; что их отвлекают от прямого предназначения, подобно тому, как воля другой барыни вырвала Герасима из деревни, отняла его от плуга и косы, определив ему место в дворниках, метлой махать. Я жалел об их участи. Ну, не поклонник я кукольного театра, а в театре драматическом ищу актерской игры, живой мимики, человеческих страстей и эмоций.

Мне говорят — это новые формы. Но когда-то Алвис Херманис уже использовал кукол-двойников в постановке чеховской "Чайки", где они отвечали за раскрытие подтекста пьесы, в которой все время говорят о "новых формах". Я того спектакля не видел, но предпочел бы такому разделению труда многоплановую игру живых актеров, или уже, наоборот, чисто кукольное прочтение классики. Но только без Путина.

В MUMU под Путина были загримированы и другие живые куклы. Может показалось, но что-то в них было эдакое гаврило-путинское. Ведь как рассуждал Кайриш? Каков поп, таков и приход: теряют свое лицо русские рабы, мимикрируют под главного русского Раба. Не терпит индивидуальных различий крепостнический Мордор. Так, в угоду барыне VK "Муму" Тургенева обернулось двухчасовым сеансом антипутинской агитации и пропаганды.

В ту же степь и сценография Кайриша. Черная покатая крышка гроба, вписанная в поворотный круг почти тютелька в тютельку, на фоне затянутых черным стен театральной коробки (в России все беспросветно, тогда и теперь) и подвешенные под потолок аршинные голубоватые буквы "МуМу".

Голубой период у Кайриша все не проходит. Костюмы, кроме черных у живых кукол и Чтеца, тоже в серо-голубой гамме. И никакого там красного бумажного платка, который Герасим подарил Татьяне, провожая "в дальнюю деревню", никакой красной крестьянской рубашки самого Герасима, в которой он стоял на пороге каморки, глядя сверху "на всех этих людишек в немецких кафтанах".

Ведь и сам Кайриш в немецком кафтане ходит. Ему этого тургеневского противопоставления не понять, а если понять, то тем хуже для красной крестьянской рубашки. И для Путина.

Чистого искусства не бывает, оно политично в самой своей основе. Но тенденциозность Кайриша превосходит всякую меру, чем он очень напоминает мне российскую либеральную тусовку, которая с Путиным ложится и с Путиным встает (https://baltnews.lv/authors/20181125/1022486346/Irina-Pavlova-Putin-kino.html).

И пусть бы Кайриш дунячился на Путина где-нибудь в "Дайлес". Нет, он предпочитает заниматься этим на сцене Рижского русского театра. Из любви к русской классике и русскому зрителю? Нет, в целях его воспитания и перевоспитания.

Ведь как рассуждает Кайриш? Шейт ир Латвия и пикнуть не смей. Русский Ванька — дурак, совсем безголовый, надо ему на это "место пустопорожнее" латышскую голову водрузить, пока он своей не обзавелся. Не верите?

MUMU Кайриша начинается с пространного лирического отступления в исполнении Чтеца-Рафальсона. Вот говорят, что вся русская литература вышла из гоголевской "Шинели". "А ведь из "Муму" тоже кто-то вышел", - возражает Чтец и вдохновенно декламирует "Русскую сказку" Максима Горького, заканчивающуюся словами: "Удивился Ванька, поднял руку, затылок почесать, а головы-то у него и нету!".

Стоит вспомнить и фрагмент интервью Кайриша годичной давности: "Мне бы хотелось, чтоб у нас было гораздо больше латышей русского происхождения, которые ассоциировали бы себя не с Россией, а с Латвией. Для меня очень важно, чтобы в русской среде Латвии доминировали люди, которые смотрят по-европейски и на политику, и на культуру, и на демократию. И лояльны и европейским идеям, и Латвии. Поэтому для меня важно работать в цитадели русской культуры Латвии, чтобы своей работой влиять на русских людей" (http://press.lv/post/nepravilnyj-latysh-viesturs-kajrish-hochu-vliyat-na-russkie-umy/).

И этот русофоб, этот певец ассимиляции и интеллектуального насилия рассказывает нам о крепостничестве, рабской психологии, чувстве собственного достоинства, уважении к себе и к другим. А самое поразительное, что его благодарно слушают, за ним идут. Прежде всего актеры Рижского русского театра, а вслед за ними и часть публики.

Актриса Ольга Никулина поделилась впечатлениями от работы над спектаклем: "Атмосфера на репетициях всегда была дружной и главное творческой. Мы ВСЕ ВМЕСТЕ сочиняли наш спектакль, но, конечно, ключевые решения принадлежат режиссеру. И мы практически сразу их принимали, но все равно обсуждали и пробовали разные варианты. Я благодарна такому опыту: встрече с Виестуром Кайришом, работе с куклами и новым знакомствам".

Какая доверчивость! А, впрочем, актер существо подневольное, слово барыни для него закон. И обмануть его не трудно, он сам обманываться рад. Лишь бы работать.

Я не сразу сообразил, к чему в спектакле (в начале и в конце) звучит "Казачья молитва", которую недурно исполняет Бусел. Рефрен песни: "Ойся, ты ойся, ты меня не бойся, Я тебя не трону, ты не беспокойся". Кого не бойся, Герасима или самого Кайриша? Похоже, последнего.

Есть в "Казачьей молитве" и такие слова: "А еще просил казак правды для народа. Будет правда на земле – будет и свобода".

Хорошо, давайте приглядимся к "правде" Кайриша. Спектакль сделан "по мотивам рассказа Ивана Тургенева", это правда. Но вправе ли режиссер извращать мысль автора принятого к постановке произведения?

Я не говорю о купюрах, без которых сейчас редкая пьеса долетает до середины Днепра. В "Муму" Кайриш удалил целый ряд персонажей, а иных уплотнил. Чтецу он поручил роль барыни, что, положим, не криминал и даже естественно, во всяком случае для Рафальсона. Но зачем отдавать пьянице Капитону роль лакея Степана?

Несуразность этого решения выдает глупейшая вставка в тургеневский текст, относящаяся к потерявшему имя Степану: "...спал почти как пьяница Капитон" (в оригинале: "в положении убитого воина на батальной картине"). Это прямой обман зрителей.

Но ведь как рассуждал Кайриш? Народ, собираясь в театр, не станет перечитывать рассказ Тургенева, а по возвращении из театра тем более. Он и не заметит, как Капитон в Степана, а Татьяна в Муму превратились.

Да, у Кайриша Татьяна превращается в Муму. Обеих, не меняя костюма и повадки, изображает одна и та же актриса и сделанная с нее кукла. Это, конечно, такая театральная условность, метафора-с, "новые формы", но подкрепленные фразой Чтеца: "Нравом она (Муму) напоминала ему (Герасиму) Татьяну", что есть прямой подлог и чушь несусветная. Нет этого у Тургенева ни в тексте, ни между строк.

Ни внешнего, ни внутреннего сходства между прачкой Татьяной и собачкой Муму не просматривается. Кроме пола, их объединяет только любовь к ним Герасима. Будучи от рождения глухонемым, Герасим питал слабость к тем, кого обделила природа или судьба. Ему нравились жертвы. Но в том-то и дело, что Татьяна не ответила на чувства Герасима, она тяготилась его ухаживаниями и смертельно боялась дворника, а также барыню, а так же всех и всего — забитое, бессловесное существо ("Безответная ты душа!"). А Муму? "Она была чрезвычайно умна, ластилась ко всем, но любила одного Герасима".

Выходит, все переврал Кайриш. Или нафантазировал? Есть же такая линейка в русской литературе: барышня-крестьянка, царевна-лебедь, царевна-лягушка, конек-горбунок, рыба-кит, человек-амфибия. Вот и выступил Кайриш продолжателем великой традиции, выдумав прачку-собачку. Совсем как барыне вздумалось ему поженить Герасима... нет не с Татьяной, а с Муму. И поженил. Может, кто-то и умилился сценам их любовных забав и утех, но лично у меня они вызвали чувство отвращения. Как и олигофреническое мычание Герасима. У меня есть сосед, я знаю, как выглядят и ведут себя глухонемые от рождения люди.

Можно продолжать примеры натяжек и подлогов, но довольно и этих. Они совершено затмевают те достоинства, которыми постановка располагает. "Муму" превратили в MUMU. И никакой управы на барыню нет. Мы даже на протест не способны, в отличие от Герасима. Нам уже нравится такое искусство. Мы его принимаем. Ведь на нем стоят клейма Министерства культуры Латвии и Фонда капитала культуры.

А как рассуждают в министерстве культуры? Если в финансируемых государством школах национальных меньшинств искореняются русский язык и культура, то как же оставить без подобного попечения финансируемый государством Рижский русский театр им. М. Чехова? Приведем, так сказать, в соответствие, а барыня барыне глаз не выклюет.

Для начала переименуем Рижский русский театр в Mihaila Čehova teātris, затем "пригласим" в "цитадель русской культуры" Кайриша со товарищи ставить русскую классику на новый лад и в "новых формах", заодно и подкормятся. Пусть VK переоденет там "всех этих людишек" в немецкие кафтаны, как и подобает быть "латышам русского происхождения".

По теме

Спектакль с эротическими сценами возбудил гнев в польских католиках
Кирилл Серебренников поставил в Риге спектакль "про секс-туризм"
Вспоминая Смутное время: по пьесе Далии Трускиновской поставили спектакль в Москве
Теги:
спектакль, Рижский русский театр

Главные темы

Орбита Sputnik